Книга Карнавал лжи, страница 224 – Евгения Сафонова

В свете волшебных огней, рассеивавших окружающий мрак, глаза Арона казались серыми, как пепел.

— Это игра, – наконец ответил Зрящий. – И играешь ты не с ней. Со мной. Я думал, что если сдамся… если ты добьёшься того, чего хочешь… ты больше не будешь мучить её. А ты добьёшься того, чего хочешь, ибо ты всесилен – мы оба знаем это. Когда ты выиграешь, она наконец обретёт покой. Счастье. Нормальную жизнь без твоих игр.

— Она. Но не ты.

— А я проиграю. В очередной раз. Только и всего. – Арон говорил так просто, что боли в голосе почти не было слышно. – Я отыграл у тебя несколько месяцев счастливой жизни. С ней. Для неё. Это всё, на что я имею право.

Лиар смотрел на него. Язычки магического пламени, плясавшие в воздухе за спинами Мастеров, играли бликами в его глазах, смягчали их выражение, пугавшее непривычным отсутствием издевки и яда.

— В Штольнях вас ждёт только тьма. И смерть, – произнёс тёмный амадэй спустя бесконечность вязкой подгорной тишины. – Таша в другом месте.

— Магия крови не врёт.

— К твоему сведению, точка на карте с равным успехом может означать нечто как под горой, так и в горах.

— Странница…

— Мне кажется, ты мог бы своим умом дойти до мысли, что обнаружить Зельду непросто. Но, не увидев ничего ни под небом, ни под землёй, вы выбрали путь через Штольни. Из чувства противоречия, как я понимаю? Раз я сказал, что Таши в Штольнях нет, послушай меня и сделай наоборот? – Палач отвернулся. – Воля ваша. Можете залезть поглубже и проверить, что вы там отыщете… исключительно для собственного удовольствия.

— Лиар…

Тёмный амадэй оглянулся через плечо. Лицо его было удивлённым: он давно не слышал из уст брата своего имени, сказанного так мягко.

— Ты сбросишь маску, когда Таша окажется там, где ты хочешь?

Арон говорил так тихо, что голос почти соскальзывал в шелест.

— Я подумаю, – помолчав, ответил Палач. – Забавно будет, если она окажется в моих руках, так ничего и поняв, верно?

— Это будет милосердно. И лучше для тебя. Если в тебе осталась хоть капля добра… а я знаю, что она осталась… сжалься над ней. Оставь её в неведении.

— Так ты на это рассчитывал? – Лиар прикрыл глаза. Сложил руки на груди: крест-накрест, словно покойник. – Я подумаю. Обещаю.

Девочка упала прямо на руки Мечнице, уберегшей тело Лив от удара затылком об камень. Волшебники следили, как коллега укладывает спящего ребёнка под бок к дракону; кончик хвоста Кеса мерно ходил туда-сюда, шкрябая о камень, точно стрелка метронома.

— Ему нельзя доверять, – настойчиво произнёс Заклинатель, упредив повисший в воздухе вопрос.

— Но шанс, что Зельдино обиталище под землёй, и правда пятьдесят на пятьдесят, – протянул Иллюзионист. – И я не уверен, что стратегия «действовать наперекор врагу» не является ошибочной.

Странница глядела на Арона: тот стоял, сплетя пальцы опущенных рук, уставившись в темноту. Почувствовав взгляд волшебницы, поднял голову и посмотрел на неё – долго, неотрывно, точно пересчитывая веснушки, складывавшие звёздный орнамент на девичьем лице.

— Я не знаю, чего он добивается, – просто сказал Зрящий. – Не знаю, чего он хочет. Чтобы мы дошли или чтобы не дошли… не могу сказать. – Он провёл пальцами по волосам, от лба до затылка, точно это могло вымыть из головы посеянные братом сомнения. – Но дойти и посмотреть своими глазами займёт не так много времени. Уже нет. И лишь по прибытии мы будем знать, правы ли мы.