Книга Дифференцировать тьму, страница 157 – Евгения Сафонова

Второе прикосновение к стеклу подтвердило догадку.

— …нет, неправильно, – нежно проговорила принцесса, держа Лода за руку. – Здесь круг должен быть меньше.

Они склонились над крышкой стола, на которой изумрудом сияли светящиеся линии. Отсюда не было видно, во что они складывались, но логично было предположить, что Лод рисовал нечто вроде пентаграммы – а Навиния направляла его ладонь.

Отдавала указания с томным придыханием, льнула всё ближе…

Захлопнув зеркальце, я неторопливо, маленькими глотками выпила весь чай, считая степени шестёрки.

Спокойно. Они просто занимаются… кхм… магией. Без всяких двусмысленностей. Принцесса может липнуть к Лоду сколько угодно, но ему от неё нужно только одно – и вовсе не то, что обычно подразумевают под этими словами.

Сделав последний глоток, я вновь откинула серебряную крышку.

Двойное прикосновение к стеклу. Быстро, словно на планшете. И вряд ли я не видела гостиную дольше пары минут.

Но этого хватило, чтобы происходящее в ней кардинально изменилось.

— …никто никогда не мог противостоять мне! Но вы… если бы только мы встретились иначе…

Светящаяся пентаграмма исчезла. Навиния стояла в шаге от Лода, опустив голову. Колдун молча взирал на неё – не сказать, что сверху вниз, потому что они были одного роста.

И теперь они явно занимались не магией.

— Я всю жизнь искала того, кто будет со мной на равных, и даже не мечтала найти того, кто сможет меня победить. Все эти сладкие придворные мальчики, ловившие каждое моё слово… боги, как же они мне опротивели! Но теперь… я встретила вас, и…

Она подняла глаза. Снова шагнула ближе. Одна ладонь легла Лоду на грудь, напротив сердца, вторая прикоснулась к его волосам…

Он не шевельнулся. Даже выражение лица не изменил.

А я даже возмущения не чувствовала, одно лишь бескрайнее удивление.

— Я так долго была одна, совсем одна в окружении друзей… но в окружении врагов обрела то, что и не мечтала найти. – Шёпот Навинии звучал сладостно и маняще, он касался губ колдуна, пока кончики её пальцев гладили его щёку. – Вы сильны и благородны, вы умны, вы были добры ко мне… смею ли я просить вас быть ещё чуточку добрее? Вы не пожалеете, что я стала вашей, клянусь.

— Принцесса, – не отстраняясь, наконец тихо откликнулся Лод, – неужели вы настолько не цените себя, что предлагаете тому, кого ненавидите?

— Ненавижу? – Глаза Навинии расширило самое искреннее изумление. – Нет-нет, вы правы. Вы мой враг, я должна ненавидеть вас… но я ничего не могу с собой сделать! Каждый ваш взгляд, каждое ваше слово, прикосновение… я никогда раньше… никогда…

И притянула его голову к своим губам.

Поцелуй был жадным, страстным, бесстыдным. Она зажмурилась, пальцы одной руки зарылись в его волосы, – а вторая скользила по его груди, по талии, по бедру, пока не нашла ладонь и не сжала её, точно принцесса боялась упасть.

Лод бездействовал. Не обнимал, но попыток оттолкнуть тоже не делал.

И это зрелище вызвало у меня чувство дурного дежа-вю.

Нет. Нет, не может же он в самом деле…

…а потом Навиния замерла, и ресницы её взметнулись вверх, позволив принцессе встретить холодный взгляд колдуна.

Который в отличие от неё так и не прикрыл глаз.

— И всё это лишь для того, чтобы заполучить кольцо? – Когда Лод разорвал поцелуй, в голосе его читалось разочарование и насмешка. – Благодарю, что не зашли дальше. Не хотел первым оканчивать нашу милую игру – а решительный отказ, который мне пришлось бы дать, вёл именно к этому.