Книга Бей или умри, страница 77 – Софья Ролдугина

Этому двойному плетению научила Тейта я. Он побывал здесь. Провёл ночь, наполовину в дурных снах, наполовину в полузабытьи, над пропастью.

Наблюдал за тем, как поднимается солнце над горизонтом.

Думал обо мне.

Я яростно растёрла глаза рукавом; грязная ткань царапала веки, но так было даже лучше. Лицо теперь горело, зато исчезла пелена, застилающая взгляд. Стащив со спины Шекки сумку, я вытянула флягу с водой и мешочки с припасами. Голод, который уснул почти на сутки, наконец-то проявился – и хорошо, мне понадобятся физические силы, чтобы использовать телепатию.

— Хочешь? – протянула я химере кусок вяленого мяса.

Шекки скосил на меня прозрачный глаз – и снова зажмурился, недвижимый. За четверть часа перья у него немного посветлели и стали ярче… он что, от солнца подзаряжается? Вот и славно, не придётся думать о корме.

Машинально, не размышляя, я перебралась на корень и положила венок на колени. Исполинские горы-столбы, окутанные паутиной молний, отсюда казались маленькими; их едва можно было разглядеть вдали, за причудливыми скальными хребтами.

Далеко же ты убежал, рыжий…

Инстинктивно сжав кулак, я вздрогнула: руку прошила боль. Пальцы, касавшиеся алых восковых лепестков, пошли мелкими волдырями. Значит, ядовитые цветы… Как это похоже на Тейта.

Выбросить венок я так и не смогла, хотя и удержалась от того, чтобы снова притрагиваться к нему. Так и просидела почти три с половиной часа, глядя то на долину, то на него; сознание было замутнено, и порой мерещился звон колокольчиков, или мужской голос, или оклик шёпотом, по имени, но купол неизменно показывал, что вокруг на пять километров – никого.

А потом Шекки зашевелился и подошёл ко мне.

— Уже можешь лететь? – Мощный клюв стукнул по плечу. – А сумеешь отсюда почувствовать Тейта?

Шекки издал клекочущий звук и загрёб мощной лапой землю вперемешку с каменной крошкой. Всё-таки потерял направление? Или слишком ослаб после безумного полёта?

Я глубоко вздохнула и прижалась лбом к его боку.

— Попробуй. Ты единственный, кто способен найти это рыжее недоразумение. Хотя бы возьми правильное направление. Можешь?

На мысленный образ, связанный с «направлением», Шекки отреагировал недвусмысленно – подцепил меня клювом, зашвырнул себе на спину, в седло, и спрыгнул со скалы. Сумка с почти полной флягой и значительной частью провизии так и осталась лежать под деревом – я и пискнуть не успела, а когда пришла в себя и продышалась, то мы были уже далеко.

Сегодня Шекки летел медленнее, ниже спускался к долинам. Сначала я нервничала, особенно когда пару раз заметила всего в полукилометре внизу каменные чаши, заполненные чем-то подозрительно синим. Но потом расслабилась – опасные места химера огибала по дуге, немного отклоняясь от маршрута. Я раскинула купол на четыре километра – так, чтобы и территорию побольше охватить, и суметь, если понадобится, мгновенно сконцентрировать силы в любой точке для атаки. Ресурсов на поддержание этого состояния полутранса уходило порядочно. Потому некоторое время я не обращала внимания на пейзажи, а когда наконец решила оглядеться, то заметила кое-что странное.

Далеко впереди по склону горы ползло облако. Удивительно разумно ползло – к одной из расщелин, испещрённых опасно синими пятнами, оно подобралось весьма близко, но вскоре отступило. А Шекки почти через час повторил его маршрут, немного покружив над скалами…