Книга Бей или умри, страница 239 – Софья Ролдугина

— Мастер Аринга Китасса, – вырвалось у меня.

— Уже не мастер, – дёрнула она плечом и вновь уткнулась взглядом в океан.

Теперь, когда её веки не покрывала чёрная краска, черты лица смотрелись мягче, и Аринга не напоминала уже тётю Глэм.

«Как чужая», – пронеслось в голове у Тейта.

Я бы согласилась с ним… Но, пожалуй, только он имел сейчас полное право удивляться. У них с этой женщиной были общие воспоминания – яркие и живые, даже после всего, что произошло; и особые отношения, как бы мне ни хотелось о них не думать. Для меня Аринга и вправду была чужой – всегда, но теперь я не узнавала её и как эмпат.

— Почему вы здесь? – спросила я.

Последнего шага мы так и не сделали – стояли вдвоём с Тейтом, отделённые от неё полупрозрачной каменной стеной, дышали океанским бризом и оставались бесконечно далеко, словно в разных мирах… Впрочем, не удивлюсь, если так оно и было.

Аринга едва заметно усмехнулась, скосив на меня глаза. На ресницах, коротких и белёсых, дрожали капли воды, повлажнели и алые одежды – брызги от разбивающихся о берег волн долетали даже в пещеру.

— Увязалась следом за вами. Во-первых, иначе мне вряд ли позволили бы уйти с побережья живой – что свободные, что маги Лагона. Во-вторых, я нуждалась в спокойном месте, чтобы подумать. И нуждаюсь до сих пор… Орочи был очень добр и отвёл мне угол.

«Каменный гроб с видом на океан», – подумала я и вдруг перепугалась до жути.

Мы поднимались к реальному миру; она же добровольно заперла себя глубоко под землёй. Тейт затих, предоставляя вести разговор мне – он тоже ощущал тень иррационального ужаса и опасался нарушить равновесие.

— Подумать о чём?

Это был не столько вопрос, сколько предложение выговориться. Аринга снова усмехнулась, на сей раз с горечью.

— О своём поведении. – Она обернулась к океану; я не видела её лица, но отчётливо представляла, как в глазах отражаются серые-серые волны. – Орочи… Мастер Лагона часто и многим говорил: делай, что посчитаешь нужным, никто тебя не осудит, пока ты побеждаешь. Вы наверняка тоже слышали это хоть раз… Но вот я проиграла, потеряла всё – доверие мастеров Лагона и жизни многих своих учеников. А добиться цели не сумела, не стала одной из предводителей свободных кланов, чтобы потом вести их за собой в правильную сторону, когда другие вожди и вдохновители падут. И впервые мне ясно, что имел в виду мастер Лагона. Не о наказании он говорил, а о понимании: ощутить всю тяжесть уплаченной цены можно лишь тогда, когда ничего не получаешь взамен, когда всё втуне, и радость от победы не затмевает горечи потерь. И я думаю: стоили ли жизни моих учеников того, чтобы убедить свободных? Если бы мне удалось задуманное, если бы я возвысилась среди врагов и бескровно увела их под сень Лагона, не показалась ли бы мне плата соразмерной? И теперь я думаю: нет, не любая цена стоит цели. И ещё: правда ли я делала то, что нужно? И победа кажется мне страшнее поражения, потому что, победив, я продолжила бы поступать по-прежнему.

Наверное, это была самая длинная её речь за всё время нашего знакомства. Я вслушивалась в мысли и чувства – и понимала едва ли треть. Всё-таки некоторые вещи нельзя выучить на чужом опыте, сколь старателен ни был бы ученик. Тейт всё так же хранил молчание, но чёрная бездна в глубине его сознания, до сих пор непостижимая, хоть и не пугающая уже, внимала Аринге – с состраданием.