Книга Бей или умри, страница 156 – Софья Ролдугина

— Значит, ты его любишь, – первым заговорил Эрнан и застыл на половине движения. Потом вздохнул: – Трикси, на пару слов.

Тейт, выключенный из нашего диалога мощнейшим эмпатическим куполом, повертел головой, затем понятливо хмыкнул.

— Я сделаю что-нибудь поесть, – махнул он рукой, просачиваясь мимо химеры. – Спускайтесь тогда.

Тейт тихо, почти беззвучно присвистнул уже из глубины подземелья. Шекки гибко выгнул шею, прислушиваясь, а потом расправил крылья, взлетел и пропал из виду. Небо к тому времени изрядно потемнело, и только на западе огневела полоса – над краем туч, и ещё одна пониже – между грозовым фронтом и горами. Воздух точно загустел; ночь предстояла напряжённая.

Как и разговор.

Прежде чем нарушить молчание, Эрнан скользнул взглядом по округе, полуосознанно выискивая любимое кресло – раньше все задушевные, смыслообразующие для моей жизни беседы проходили у него в кабинете или на террасе загородного дома. На мгновение у меня возник соблазн прямо сейчас, у дяди на глазах воссоздать злополучный предмет интерьера, но я сдержалась: глупо начинать переговоры с откровенной демонстрации силы, потому что это сродни агрессии. А агрессия в сложных родственных отношениях, в отличие от высокой политики, – тупиковый путь.

Эрнан улыбнулся краешком губ – прочитал мои намерения, наверное, – и непринуждённо присел на выгнутый корень, перебросив хвост серебристо-синего шарфа на колени.

— Ты поменялась больше, чем я думал. И в то же время ты осталась моей лучшей воспитанницей, Трикси. Сейчас мы, пожалуй, ближе, чем были до твоего исчезновения.

— Потому что я перестала смотреть на тебя снизу вверх? – отшутилась я, присаживаясь подле него. – Всё это сложно… Конечно, я здесь многому научилась. Но рассудок мне удалось сохранить только благодаря твоим урокам.

Он усмехнулся и потрепал меня по волосам, привлекая к плечу. Я прикрыла глаза. От дядиной одежды пахло знакомо и тревожно – ароматическими курениями Оро-Ича. И нагретой тканью. И ночной грозой, которая пока только подкатывала из-за горизонта.

— Тогда поверишь мне ещё раз?

Я слабо кивнула – шрах, как же приятно возвращаться к привычным с рождения жестам! Не контролировать дотошно каждое своё движение и просто знать – тебя обязательно поймут правильно…

Но некоторые коммуникативные проблемы никуда не делись. Рыжие, бессовестные.

— Ты назвал Тейта моим питомцем.

— Только потому что он – не человек.

И хотя я очень, очень давно подспудно знала эту правду, мне стало нехорошо.

— Дядя, мне…

— Я испугался, – перебил он меня спокойно, и хватка на моём плече стала жёстче. – Хотя заранее сопоставил твои наблюдения и те кусочки информации, которые любезно подбросил мне мой хо… мастер Лагона, мой хороший друг, – быстро поправился дядя, заметив, как я напряглась. – Тс-с, Трикси, тише, о моём положении поговорим потом.

Я прикусила губу на секунду.

— Поговорим. Но сначала – в каком смысле «не человек»? Если ты имеешь в виду «искусственно созданный» – для меня это не новость. Я сама в некотором роде – продукт генной инженерии и вдохновенного полёта мысли своей собственной матери… Ай!

Эрнан пребольно щёлкнул меня по лбу.

— Дейдра, между прочим, выносила тебя положенные девять месяцев. А что до некоторых модификаций на ранней стадии внутриутробного развития – так женщины с древности этим бредили, просто возможностей у них было меньше. Белая, как снег, румяная, как кровь…