Книга Бес лести предан, страница 49 – Элиот Лилит

— И сколько Темных вы знали?

— Ты третий. С первым я был знаком близко, но увы, он умер молодым, тоже до конца не разобравшись в своих способностях.

Герман похлопал себя по карманам и вытащил из складок плаща трубку. Алексей нахмурился.

— Я попросил бы вас не курить.

Старик вскинул кустистые брови.

— Это еще почему?

— Мы в закрытой карете, у меня пропахнет мундир, а его высочество ненавидит запах табака.

Брови Германа поползли еще выше.

— И что же ты, во всем норовишь ему угодить?

Алексей с вызовом посмотрел в ответ.

— Да.

— Какая беспозвоночная нынче молодежь пошла, – Герман потряс головой, но трубку убрал. Глянул в прикрытое занавеской окошко. – Ну да неважно. Уже почти приехали. Придется объяснять тебе все на ходу.

Они вышли в затхлую сырость ночи, щурясь от мороси. Ржавые фонари едва освещали безмолвные улицы, даже дворняги и тощие бездомные кошки забились кто куда. Зато бесов хватало: они носились меж глухих стен домов, кружились, будто в танце, и оставляли за собой мягкий, свивающийся в ленты шлейф тьмы.

— Ага, – сказал Герман. – Узнаю Петербург.

Они постояли, дожидаясь, пока кучер отъедет. Затем Герман прошелся от одного конца улочки к другому, удостоверяясь, что рядом ни души.

— Первый шаг, – бросил он через плечо, – впустить демонов в себя.

— Это я знаю.

— Ничего ты не знаешь. Ты это умеешь – совсем другое дело. Помнишь, что случалось, когда они набивались в тебя слишком туго?

Алексей воскресил в памяти ночь, когда цесаревичу пришлось омыть его своим светом, чтобы разогнать тьму.

«Ты чист перед Богом и передо мной».

— Их голоса становились громче. Такими громкими, что свои мысли едва слышишь. И жар – почти нестерпимым. Мне казалось, бесы вот-вот раздерут меня изнутри.

— Ага. Это и случается, когда хватанешь лишку. Самое важное – знать свой предел. Возьмешь слишком много – тебя попросту разорвет. Чем больше в твоем теле демонов, тем ты сильнее, но и тем быстрее они его разрушают. В этом своем кадетском корпусе ты жег их понемногу, потому что боялся, не заметит ли кто внешних изменений, и, может быть, это спасло тебе жизнь. Отныне ты должен внимательно следить, не переступаешь ли грань. Рядом может не оказаться царского отпрыска, чтобы вырвать тебя из лап смерти или безумия. Но давай-ка, втяни парочку.

Алексею и делать ничего не нужно – бесы сами к нему стягивались. Сперва их отталкивало его раздражение, но и этого хватило ненадолго. Алексей вытянул руку, и бесы скользнули в нее, как нож в масло. В ушах всколыхнулся шепот, по венам побежал огонь.

— Хватит, – бросил Герман.

«Убей его, – прошипел бес в сердце, – Он опасный. Он знает больше. Убей его».

Алексей тяжело выдохнул. Сжал зубы и усилием воли оттолкнул летящих к нему тварей.

— Видишь? – закивал Герман. – Чем больше в тебе демонов, тем охотнее подчиняются остальные.

— Как же мне определить свой предел?

— Ты сам должен понять, где проходит граница, за которой твой рассудок растворяется в темных позывах. Тебе повезло – ты военный, привык держать себя в ежовых рукавицах. Избалованным богачам на твоем месте пришлось бы куда сложнее, – Герман сложил руки на груди. – А теперь – переплавь демонов в силу.

Алексей не подпитывался от бесов так давно, что от захлестнувшей темной эйфории едва не лишился разума. Мышцы сладостно напряглись, запели натянувшиеся сухожилия.