Книга Бес лести предан, страница 47 – Элиот Лилит

— Что же мне делать до того?

— Как что? – удивился цесаревич. – Служить, разумеется.

Когда по гатчинской дороге, миновав заставу, подъехала ко дворцу простая деревянная карета, стояла глухая ночь – даже звезды не проглядывали сквозь облака. Несмотря на поздний час, цесаревич тоже ждал снаружи, изредка отмахиваясь от летящих в лицо сухих листьев. Застывшая поодаль линейка караульных пристально вглядывалась в темноту, но Алексей первый заметил выступивший из нее силуэт, влекомый двумя лошадьми.

Кучер остановил карету, и дверца распахнулась. С подножки спрыгнула высокая сухощавая фигура, задрапированная тенью.

Цесаревич вскинул голову:

— И ни капли ведь не изменился, старый плут!

Приехавшего можно было назвать старым, но на плута он не походил. Зачесанные назад седые волосы открывали сухое энергичное лицо, черные, как ночь, глаза, смотрели живо и цепко. Спину старик держал прямо, не уступая выправкой замершим поодаль солдатам. Из-под дорожного плаща выглядывал заношенный военный мундир, темно-синий, с красными обшлагами.

— А, ваше высочество! – воскликнул он со странным акцентом, вроде бы немецким, но каким-то смазанным, будто он сам позабыл, как должен звучать язык родной земли. – Все еще в добром здравии, я вижу?

— Отчего же не быть? – улыбка цесаревича вышла самую малость натянутой. – Я-то стар разве что для титула цесаревича. Ты быстрее добрался, чем я предполагал.

— Оттого же, отчего я рад был поскорее сюда приехать, – фыркнул старик. – Нынче с королевскими семьями всякое случается. Если бы вы воочию видели, на что похожа сейчас Франция, то поняли бы, почему я так рад был оттуда убраться. Любопытство однажды меня погубит, и этим летом я почти уверился, что время пришло. Слыхали вы, что там творилось?

Лицо цесаревича застыло.

— Ад на земле, я полагаю.

— Что не Рай – это точно. Так где там мой новый подопечный? – темные глаза перепрыгнули на Алексея. – Вот этот?

Алексей не шелохнулся – не знал, как вести себя с этим чудаком.

— Он самый, – ответил цесаревич за него. – Подполковник Алексей Аракчеев.

Под пристальным взглядом старика Алексей напрягся.

— Отлично. Пусть ваши молодцы перетащат мои вещи в комнаты, а карета нам сейчас понадобится. Да только с книгами чтобы обращались осторожно, у меня там манускрипты аж из Индии, вторых таких не сыщешь.

— Вы что же, прямо сейчас отправитесь?

— А чего ждать?

— Отправимся куда? – к Алексею, наконец, вернулся дар речи.

— В Петербург, куда же еще? Других больших городов я тут что-то не видел, а здесь, как погляжу, ловить нечего, – когтистая рука старика стиснула его предплечье. – Пойдем, мальчик. Даже минуты не следует отдавать за бесценок.

«Мальчик»? Да ему почти двадцать четыре! Никто уже много лет не звал его мальчиком.

Алексей обернулся на цесаревича, но тот лишь кивнул:

— Иди с ним. А вы уж постарайтесь вернуть его целым, я этого человека ценю, как немногих.

— Посмотрим, – крякнул старик и потащил растерявшегося Алексея за собой.

«Я этого человека ценю, как немногих».

На какое-то время эти слова вытеснили из головы Алексея даже то, что он едет куда-то среди ночи с человеком, которого видит впервые в жизни. К реальности вернул нетерпеливый голос старика:

— Рассказывай.

— Рассказывать что, сударь?

Мрак кареты смазывал лицо человека напротив, так что Алексей скорее почувствовал, чем увидел, как тот закатил глаза.