Книга Заклятья метели. Колядки других миров, страница 105 – Софья Ролдугина, Евгения Сафонова, Анастасия Андрианова, и др.

Несмотря на явную слабость после побоев и тяжёлое дыхание, Марк яростно давил на его лезвие поднятым оружием. На его руках не было верёвки, но остались ожоги на коже: он использовал горячее клеймо, чтобы избавиться от пут, но слишком поторопился.

— Марк, нет… – попытался встрять Северин, хватая его за ткань кафтана, но Марк рванул вперёд, используя всю силу, чтобы оттолкнуть Аарона. В другом случае Морок бы не сдвинулся с места, но, осознав, что Марк видел лишь его маску, покорно отступил.

Ранее мстительное ехидство сменилось сосредоточенной холодностью. Марк изогнул губы в гримасе то ли ненависти, то ли презрения, зная, что чудовище, которым считали Мороков, шутовская язвительность не отвлечёт и с мысли не собьёт. Аарон опустил меч, но для Марка это, наоборот, стало шансом защитить Северина. Издав угрожающее рычание, он сделал три умелых выпада клеймом, Аарон легко уклонился, но намеренно пятился, не желая драться.

Ровный ритм сердца предательски сбился, когда Марк споткнулся об отрубленную голову: его взгляд упал на изувеченные тела под ногами. Горло Аарона сжалось от потрясения в его карих глазах. У обычных воинов были комбинации атак и защиты, но Мороков учили рубить головы с плеч, потому что по-другому нечисть не убить. Аарон действовал так, как был обучен, хоть и враг в этот раз был живой, но окружающий снег покраснел от крови, головы валялись отдельно от тел. Никаких хрипов и стонов о помощи: Морок не мог себе позволить оставить хоть шанс на просчёт.

За взглядом Марка проследил Северин, моментально позеленев. Осознание обрушилось на голову. Брат видел всего пятнадцать зим, и ни в одной из них он наверняка не становился свидетелем подобной бойни. Для Аарона же картина была привычна, но от этого его охватил больший стыд. Может, Северин и знал, что он Морок, но это не значит, что Аарон когда-либо хотел демонстрировать брату своё ремесло вживую.

— Сани… кони… забирайте и уезжайте, – с трудом выдавливая слова, велел Аарон и стремительно попятился. Маска искажала голос, и рот Марка растерянно приоткрылся, но он продолжал выставлять клеймо, как оружие, готовый к атаке. Северина же приказ привёл в чувство, но Аарон отступил в тени.

— Нет! Нет, стой! Александр, стой! Я знаю, что это ты! Ты обещал. Обещал мне вернуться!! – крик брата затих вдалеке за спиной, пока Аарон бежал прочь.

Благодаря плащу он легко затерялся во мраке среди деревьев. Конь покорно дожидался на своём месте, и Аарон вскочил в седло, подгоняемый эхом криков Северина о старых обещаниях. Он действительно обещал, и теперь когда-то данное слово кислотой обжигало горло. За годы он научится игнорировать своё предательство, сам себя убедил, что поступил умнее и правильнее, но почему одного брошенного обвинения хватило, чтобы он засомневался? Его уверенность оказалась ничтожно слабой, как кривой фундамент у прекрасного дворца делал выстроенный на нём фасад насмешкой. Толку от его мраморных стен, если он из-за дуновения ветра развалится. Именно так Аарон видел свою ещё недавно твёрдую убеждённость. Стены были крепки, да возведены на болоте.

Аарон развернул коня и пустил быстрым шагом прочь, как можно дальше от света костра и чувства вины, которые беспощадно тянули его назад. Но стыд был не самым страшным, хуже оказалась тоска и собственное желание вернуться, потому что он скучал по брату, а увидев Марка, осознал, насколько ему недоставало лучшего друга.