Книга Куклолов, страница 63 – Дарина Стрельченко

— У меня есть не так много. И… всё уже распределено. Я уверен, что им нужно больше. Где я возьму деньги?

Голос зазвенел, сорвался.

— Устройся работать, – предложила Наталья, подцепляя ножом край яичницы.

— Когда? – с горечью спросил Олег. – Я учусь.

— Умудряются же студенты как-то учиться и работать.

— Вы серьёзно думаете, что я могу найти работу, которую удастся совмещать с учёбой и которая даст столько, чтобы я смог расплатиться?

— Это лучше, чем сразу сложить лапки. Или ты ждёшь, что я и тебе дам денег?

Олег поморщился. В глубине души он, конечно, ждал чуда. Вдруг у Натальи завалялся, например, лишний миллион-другой. Вдруг она пристроит его куда-то, где он сможет быстро и просто заработать. Вдруг она спрячет его в убежище, где никому до него не добраться. Вдруг она скажет, что всё это – полная ерунда, и верить этому совершенно не стоит…

Он взялся за столешницу, рывком поднялся из-за стола.

— Спасибо. Пойду.

— Не зли их, – повторила Наталья, шагая за ним в прихожую. – Звони, если надо.

— Ага, – сухо кивнул Олег. Словно в тумане, зашнуровал ботинки, толкнул дверь.

Наталья проводила его до лифта. Когда кабина подъехала, повторила:

— Будь на связи.

— Это чем-то поможет? – с сарказмом спросил Олег, шагая внутрь.

— В крайнем случае… – невнятно ответила Наталья.

Двери начали съезжаться.

— Вы что-то знаете, – прошептал он. – Вы знаете, да? Что-то ещё? Чего не знал отец?

— Иди. И звони. Если придёт самый край.

Её голос отрезало тяжёлой створкой. Олег привалился к холодной стене кабины и съезжал по ней, пока не упёрся в заляпанный поручень. Закрыл глаза. Тяжело дыша, добрался до первого этажа, выскочил на воздух и упал на лавочку у подъезда. Достал телефон, открыл табличку со своими финансами и попытался понять, сколько может отдать прямо сейчас. От мысли о том, что нужно будет в пустоту, ни за что выбросить скопленное таким трудом, скрутило. Олег вмазал кулаком по скамейке. Поцарапался. Потекла кровь. Он облизал костяшки, прижал кулак ко лбу, закусил губу, стараясь выровнять дыхание.

Батя, батя, батя, почему ты всё ещё портишь мне жизнь, почему вмешиваешься, даже когда уже умер? Тебе было мало мамы? Тебе было мало моего детства? Почему?! Почему ты оставил меня в таком дерьме?

Олег сам не заметил, как заплакал. Саднило костяшки. Он зажмурился так крепко, что исчезли даже цветные крапины; только тьма.

Открыл глаза, на несколько секунд ослеп от яркого солнца и, шатаясь, побрёл к автобусной остановке. Надо было ехать в банк, надо было снимать с карты накопления и отправляться к «Спирали» – если он не хотел закончить, как отец.

А ещё надо было поверить во всё это, чтобы просто не сойти с ума.

Забираясь в автобус, Олег мельком подумал, что с Натальи словно слетела шелуха. В прошлый раз он встретил едва ли не Барби, а в этот – обычную крашеную тётку, ворчливую и немолодую. Может быть, всё очарование ей придавали куклы – чтобы отец не уходил. Хотя отец и так был в ней заинтересован – если верить её словам о том, что это она давала ему деньги на пьянки и поиски.

Как бы ни восставало против этого всё внутри меня, пришлось попросить у Кати номер Коршанского.

— Зачем тебе?

— Подумал, что не против тряхнуть стариной.

— То есть? – Катя улыбнулась своему отражению в зеркале на двери и поправила чёлку. Как оказалось, причёска – дело небыстрое и медитативное; в процессе Катя частенько становилась слегка глуповатой.