Книга Фейрум, страница 100 – Дарья Райнер

— Бежим, – шепнула она, – сейчас.

И он послушал.

— Взаимность – дело тонкое, Мэзерс. – Никаких больше «мистеров» или «сэров». Дерзкий ответ в духе Джека Хиггинса. – Ты не в моем вкусе.

Не выпуская Липиной руки, он бросился к окну. Прогремел выстрел: она и думать забыла о револьвере, который Джек носил с собой. Брызнули осколки.

— Ты что делаешь?!

Она ощутила странное сопротивление, будто кто-то вцепился в платье сзади. Липа отмахнулась наугад, но хватка не ослабла: мисс Пэджет! Ей-то что за дело? Повисла, царапаясь, как озлобленная фурия.

Время сжалось до единого мгновения, как уже случалось: нужно было действовать и принимать решения на ходу. Липа запустила руку под корсаж, вытаскивая звуковую отвертку.

— Это вам, миледи. Простите великодушно, нам пора бежать.

В руках Пэджет вещица ожила: видимо, та нажала заветную кнопку. Первой загорелась лампочка, а затем волна звука, сравнимого лишь с воем сирены, накрыла салон. Люди падали, зажимая уши. Что-то кричала миссис Фарр, но ее голос, как и все остальные, терялся в оглушительном звоне.

Липа не оглядывалась на Мэзерса: дыхание перехватило, когда ветер ударил в лицо.

— Прыгай! – закричал Джек, и она поняла его интуитивно. Весь мир слился в шумовое пятно; ослепительная молния прочертила небо.

Он подтолкнул ее, и Липа заскользила по скату крыши. Одноэтажная пристройка, покрытая гладкой черепицей, оказалась кстати, но юбка за что-то зацепилась – опасно затрещала ткань. Джек удержал Липу у самого края.

— Держись!

Увидев впереди водосточную трубу, Липа зажмурилась. Дождь и без того заливал глаза, превращая мир в сюрреалистичный акварельный рисунок. Рывок, за которым раздался глухой удар. Ощутимый толчок. Руки Джека поймали ее над землей.

Они снова бежали – на сей раз по лестнице, вниз, вниз, все дальше, и только звон в ушах не стихал.

— Джек! Какого черта ты не использовал карту? Мы ведь могли перенестись отсюда!

Она задыхалась. Сердце колотилось о ребра под тугим корсажем.

— Не знаю, как тебе сказать, Деревце… – Он подхватил ее на крыльце, не позволив оступиться. – Но карт у меня нет.

Они бежали под дождем по промокшему ночному Лондону. Тусклые звезды фонарей светили в спину. Лужи под ногами, улицы и перекрестки, редкие попрошайки и проезжавшие мимо кэбы, скрип колес и стук копыт по брусчатке… Липа радовалась способности слышать, которая постепенно возвращалась. Только спустя несколько кварталов они позволили себе перейти на шаг и отдышаться. Резиденция мистера Глэдстоуна скрылась за фасадами и крышами других домов.

Когда ливень прекратился, перейдя в мелкую морось, они оба уже вымокли до нитки. Белесые змейки тумана клубились под ногами. Липа пыталась унять дрожь, но от этого лишь сильнее стучала зубами.

— Ты не испугалась, – сказал Джек, когда они свернули с оживленной улицы.

— Я видела тебя, ты… сам мне показывал.

Он качнул головой, не веря до конца.

— Все хорошо, Джек. Правда. Ты – это ты. – Она сделала попытку улыбнуться. – Несмотря на все коварства, в которых пытаешься меня уверить…

— Вот это ближе к истине!

— …И безумные планы, которые едва не стоили нам жизней.

— …А то развела тут сырость непонятную. Ее вон вокруг хватает.

— Я вижу, что ты пытаешься делать.

— Неужели? – Он вернул шутовской тон, но между слов сквозила горечь.