Книга Среди змеев, страница 46 – Марк Дж. Грегсон

Сердце начинает биться сильнее, разгоняя по венам закипающую кровь. Чувствую, что навыки, которые отец прививал мне на площади Урвинов, снова со мной.

И, заглянув сестре в глаза, стиснув зубы, я отвечаю:

— Смогу.

— Конрад! – громким шепотом зовет меня Элла. – Смотри!

Прекратив колотить в дверь, оборачиваюсь. Сестра указывает куда-то вдаль, за иллюминатор. Снимает с пояса подзорную трубу – должно быть, ее она тоже стащила, – и мы с ней по очереди вглядываемся в далекие точки на горизонте.

Выше пелены темных облаков завис «Голиас», черный корабль адмирала Гёрнера, ощетинившийся стволами пушек. Этот линейный крейсер десять лет был флагманом Стражи порядка, пока Брайс не раскрыла Гёрнера как лазутчика. Сейчас вокруг «Голиаса» парят авианосцы с вместительными ангарами, другие линейные крейсеры и эскадрилья «воробьев». А еще рядом в воздухе, работая ластами, кружат тортоны.

Над широкой палубой «Голиаса» возвышается некая надстройка. Башенка, которая, похоже, как-то притягивает тварей, даже самых страшных из них, горгантавнов.

— Видимо, из этой вышки, – тихо произносит Элла, – управляют монстрами.

Змеи, которых мы видим, – южной разновидности, все пятого класса и больше. Среди них много самцов, чьи свирепые морды увенчаны плотными гребнями.

Мы спешим обратно к двери. Я колотил в нее, пытаясь привлечь внимание охраны, минут двадцать, и у меня уже болят руки.

Теперь мы с Эллой стучимся по очереди, однако люди снаружи болтают как ни в чем не бывало.

В конце концов Элла шепотом говорит:

— Мне надо уйти.

— Только со мной.

— Ты в шахту не втиснешься.

— А ты не знаешь, сколько их там снаружи. Мы все сделаем вместе.

— Конрад, – отрезает Элла, заглянув мне в глаза, – у нас нет выбора.

Я пристально смотрю на сестру, на ее длинные белые волосы и вспоминаю, каким спокойствием обладала Элис из Хейлов. Однако Элла – копия мамы только внешне: ведет она себя вспыльчиво и решительно. Совсем как наш дядя.

Он силен и воспитал Эллу по своему подобию.

Не знаю, можно ли доверять ей, но прямо сейчас у нас общие цели. И либо все получится, либо «Гладиан» скоро исчезнет в недрах «Голиаса».

— Если их окажется слишком много, – говорю, – возвращайся, и мы придумаем новый план.

Элла не раздумывая кивает. Она – Урвин. Хочет драки и предпочтет попасть в плен избитой и окровавленной, чем стоя на коленях и без единого синяка.

Элла червем втискивается в вентиляционный люк, а я снова колочу в дверь и ору. Кричу, срывая голос, так громко, что охрана снаружи рыкает. И хорошо, ведь из-за моих воплей лантиане не услышат, как ползет в шахте Элла.

Охранники и сами повышают голоса, но через какое-то время в коридоре неожиданно начинается какая-то суматоха.

Я замираю.

Раздается треск – это трость скрестилась с электрическим копьем, – затем вопли. Крик Эллы. Топот и шарканье. Пыхтение. Потом – еще больше шагов; наверняка Эллу обошли сзади, перекрыли ей путь к отступлению.

Я врезаюсь плечом в дверь. «Ну, давай же, черт тебя подери, – мысленно ругаю ее. – Открывайся! Открывайся же!»

Бой становится жарче – кричат уже все: и Элла, и лантиане.

Чувствую себя никчемным: стыдно, что я застрял здесь. Мне страшно, что кто-то из лантиан сейчас вызовет подкрепление, и тогда на бой сбежится вся вражеская команда. Эллу задавят числом, и никакой талант фехтовальщика ей не поможет.