Книга Всадники Перна, страница 408 – Энн Маккефри

Джексом взглянул на Менолли, вспоминая иногда проскальзывавшие в ее словах намеки. Глаза ее блестели от едва скрываемого волнения. Она явно знала нечто такое, о чем арфист не говорил. Посмотрев затем на предводителя Форт-Вейра, Джексом понял, что Н’тону известно все.

— Южный континент был отдан раскольникам-Древним, – тяжело проговорил Лайтол.

— И они уже нарушили договор со своей стороны, – добавил Н’тон.

— Разве это повод нарушать его с нашей? – спросил Лайтол, расправляя плечи и хмуро глядя на предводителя Вейра и арфиста.

— Они занимают лишь небольшой клочок земли, выступающий в Южное море, – как всегда, мягко сказал Робинтон. – О том, что происходит где-то еще, они не имеют понятия.

— Ты уже разведывал Южный континент?

— В пределах благоразумного.

— И твоих… благоразумных вылазок никто не заметил?

— Нет, – медленно ответил Робинтон. – Я достаточно скоро сообщу всем, что мне удалось узнать. Мне не хочется, чтобы туда толпой без разбора ринулись недовольные подмастерья и выселенные со своей земли мелкие холдеры, уничтожая то, что следует сохранить, поскольку им не хватает ума понять, что это.

— И что ты сумел обнаружить?

— Старый рудник, укрепленный легким, но столь прочным материалом, что на нем и поныне ни единой царапины. Инструменты, приводимые в действие непонятно чем, созданные людьми, которые придумывали такое, что даже юный Бенелек представить себе не может.

Наступила долгая пауза.

— Ох уж эти арфисты! – наконец нарушил молчание Лайтол. – А все думают, что их задача – просто обучать молодежь!

— И в первую очередь затем, чтобы сохранять наше наследие!

К разочарованию Джексома, Лайтолу, несмотря на все его ухищрения, больше не удалось вытянуть из арфиста новых подробностей о его исследованиях на юге. Когда у юноши от усталости уже слипались глаза, он вдруг понял, что Робинтону каким-то образом удалось склонить Лайтола на свою с Н’тоном сторону, убедив его, что интерес к Южному континенту следует свести к минимуму.

Прежде чем Джексома сморил сон, он успел восхититься хитроумием арфиста. Неудивительно, что тот не стал возражать против его обучения у Н’тона, когда понял, что Лайтол это одобряет. Арфисту нужно, чтобы лордом-управляющим Руата оставался человек в возрасте, авторитетный. А обучая Рут’а жевать огненный камень, юный лорд не будет стремиться занять место Лайтола.

На следующее утро Джексом проснулся в уверенности, что во сне не мог пошевелиться. Он лежал совершенно неподвижно, все тело затекло, лицо и плечо саднило от ожога Нити… и это напомнило ему, что Рут’ ранен. Не обращая внимания на собственное состояние, он отбросил шкуры, схватил горшок с целебной мазью и ворвался в вейр дракона.

Еле слышный храп дал понять, что тот все еще крепко спит. Похоже, дракон тоже ни разу не пошевелился: раненая лапа застыла в том же положении, что и вчера. Впрочем, Джексому это лишь облегчило задачу. Он нанес на ожог новый слой мази, лишь тогда сообразив, что им с Рут’ом, возможно, придется подождать, пока все заживет, прежде чем они смогут присоединиться к ученикам в Форт-Вейре.

Лайтол с ним не согласился. Джексом должен отправиться в Форт-Вейр именно для того, чтобы научиться избегать ожогов, а также оберегать своего дракона и себя самого во время падения Нитей. Если над ним станут насмехаться из-за того, что он не успел увернуться вовремя, – он это заслужил. Так что, позавтракав, Джексом велел Рут’у лететь в Форт-Вейр.