Книга Всадники Перна, страница 268 – Энн Маккефри

Ф’лар уставился на нее, но, увидев сверкнувший громадный глаз Мнемент’а, понял, что она вовсе не шутит.

— Но… он же… – пробормотал он.

— Что? – рявкнула Лесса.

Ей наконец удалось расстегнуть пояс, и Ф’лар судорожно вздохнул, ощутив холод целебной мази на пылающих краях раны.

— Я знаю, ты должен лететь, и я не могу тебе помешать. Но и позволить, чтобы геройство тебя погубило, я тоже не могу.

Он услышал звук рвущейся ткани: Лесса раздирала рукав нового платья на бинты.

— Похоже, верно говорят, что зеленый цвет приносит несчастье. Надеюсь, тебе недолго придется носить эту повязку.

Она быстро прижала материю к уже занемевшей ране. Ловко запахнув полы большой не по размеру куртки, она затянула широкий пояс, надежно удерживавший повязку на месте.

— А теперь отправляйся. Рана неглубокая, но длинная. Справишься с Нитями – сразу возвращайся. Я пока займусь делами здесь.

Сжав его руку на прощание, она подобрала юбку и быстро побежала по склону, словно была слишком занята, чтобы его провожать.

«Она беспокоится. И она гордится. Полетели».

Когда Мнемент’ резко взмыл в воздух, Ф’лар услышал звон гитарных струн, сопровождаемый нестройным хором. «Воистину, арфист сумел найти подходящую к этому случаю музыку», – подумал он.

Странно, размышлял Ф’лар четыре часа спустя, когда они с Мнемент’ом вернулись в Телгар вместе с айгенскими крыльями, – именно над Телгаром семь Оборотов назад объединившиеся Вейры вылетели в бой против второго Падения Нитей. Он с острой болью вспоминал день торжества, когда шесть Вейров действовали сплоченно, как единое целое. И тем не менее сегодняшний поединок в Телгар-холде стал так же неизбежен, как полет Лессы в прошлое за Древними. В этом ощущалось некое неуловимое равновесие добра и зла, роковая расплата. Ф’лар изо всех сил старался не обращать внимания на усталость и боль в боку, чтобы Мнемент’ ничего не почувствовал и не доложил Лессе. Хорошо, когда дракон проявляет о тебе заботу, но, хотя Лесса потратила на него добрых полкотелка целебной мази, ее действие уже заканчивалось. Он посмотрел на кружащие перед приземлением крылья. Все всадникам было приказано возвращаться в Телгар.

Слишком многое возвращалось к исходной точке, путь от огненных ящериц к драконам занял многие тысячи Оборотов, куда короче был путь от замкнутого сообщества Древних Вейров к возрожденному Бендену.

Ф’лар надеялся, что Т’рон выживет: на его совести и без того хватало грехов. Хотя, может, было бы лучше, если бы Т’рон… Он отогнал прочь эту мысль, хотя понимал, что это позволило бы избежать многих проблем. И все же… Если падавшие в Южном Вейре Нити становились пищей для тех личинок…

Ему очень хотелось увидеть дальногляд, который обнаружил Т’рон. Внезапно он мысленно застонал. Фандарел! Как он посмотрит ему в глаза? Дальнописец сработал, передав крайне важное сообщение – быстрее крыльев дракона! И вовсе не вина кузнеца, что его превосходная проволока, по-видимому, расплавилась под воздействием раскаленных Нитей. Наверняка он сумеет преодолеть этот изъян – если только не воспримет как новое оскорбление, когда ему покажут мощный, полностью действующий дальногляд. Из всех возможных осложнений, которые наверняка ожидали Ф’лара, больше всего он опасался упреков со стороны Фандарела.