Книга Десять погребальных нот, страница 40 – Ирина Голунцова

Вдоль широкой дороги стояли валуны, на которых были высечены письмена. Они провожали грешные души устрашающим знамением о неизбежности наказания. Хань И изучила содержание быстрым взглядом.

«Шестнадцать малых адов станут наказанием для душ, не живших по праведным законам. Если человек дурно думает об императоре, чиновник не выполняет свои обязанности, учёный не отвечает благодарностью на блага, жена не слушается мужа, слуга обманывает хозяина, преступник сбежал из тюрьмы, кто продал семейное кладбище, кто…»

— С таким послужным списком вообще реально избежать наказания? – даже не дочитав перечень прегрешений, задала риторический вопрос Хань И.

— Нет, иначе местные ваны давно бы сложили шапки и разорились, – мрачно заметил Юнь Сяо, не скрывая пренебрежения.

— Когда войдём в храм, надо держаться за руки, – попросил Шу Дуньжу. – Иначе после перехода нас может разбросать в неизвестных направлениях. А так у нас есть шанс остаться вместе.

Снова потерять Хань Цзишэ? Нет уж! Хань И предпочла бы даже обнять Юнь Сяо, лишь бы вновь не упустить племянника. А тот, словно прочитав её мысли, скривил лицо с таким видом, будто желал потерять их всех, но только ни к кому не прикасаться.

— Пойдёмте, незачем задерживаться, – рассудил Шу Дуньжу.

Под подошвами ботинок натужно скрипели доски храма, – неизвестно, сколько ног успело пройтись по ним за всё время. На входе их встречали две запоминающиеся статуи с телами крупных мужчин, но с головами быка и лошади. Они держали вилы, что придавало им ещё более зловещий вид.

— Возьмитесь за руки, – попросил Шу Дуньжу.

Он так уверенно и спокойно взял Юнь Сяо за руку, что Хань И невольно подивилась, как этот злобный волк не укусил его за пальцы. Она встретилась взглядом с Юнь Сяо, и между ними моментально промелькнуло немое согласие: лучше ступить в храм в гордом одиночестве, чем прикоснуться друг к другу. Поэтому жертвовать собой пришлось Хань Цзишэ, и когда тонкие пальцы мрачного учёного легли в его ладонь, он вдруг сказал:

— Какие холодные…

Юнь Сяо только хмыкнул и потянул их за собой.

Хань И полагала, что им предстоит пройти очередной лабиринт из коридоров, как это произошло в горном храме. Но стоило им зайти под ветхую крышу, как тьма проглотила их с пугающей быстротой. Сердце забилось сильнее от накатившей тревоги, Хань И крепче сжала ладонь Хань Цзишэ. Она искренне боялась вновь потерять его, поэтому едва не молилась богам, чтобы судьба не разделила их вновь.

Время текло так неспешно, что даже ползущая черепаха показалась бы прыткой кошкой. Первое, что почувствовала Хань И, – холод, затем в нос ударил запах гари, да такой мерзкой, что захотелось прикрыть нос рукой. Постепенно тьма рассеивалась, расступаясь перед долгожданными грешными душами, но не отходила слишком далеко.

Одиноко горящий фонарь разгонял мрак очередного бескрайнего леса с иссушенными деревьями. В сравнении с первым залом испытаний здесь царила настоящая ночь. Хотя довольно странно называть залом земли под открытым небом. Единственным отличием, помимо света фонаря, видневшегося где-то вдали, был лес, напоминавший дремучие заросли на скалистой местности.

Тягостное напряжение прервал Юнь Сяо, освободив руки и брезгливо встряхнув ими.

— Почему опять какой-то лес? – с тревогой прошептал Хань Цзишэ.