Книга Десять погребальных нот, страница 28 – Ирина Голунцова

Но не успела Хань И почувствовать облегчение, как, скользнув взглядом по изгороди сухих деревьев, остановилась. Холодящий душу страх оплёл её ноги невидимой цепью, не позволяя пошевелиться. Колодки на руках будто превратились в тяжёлые камни.

Задержав дыхание, Хань И уставилась на Ми Бинцянь, женщину из их группы, распятую на тонких ветвях дерева. Грудная клетка часто вздымалась, из горла вырывался булькающий хрип; бёдра и плечо также пронизывали сучья. Ми Бинцянь не могла умереть, она продолжала жить и страдать, глядя в небо широко распахнутыми от ужаса глазами.

Представив, что Хань Цзишэ или Го Бао так же растянуты на деревьях, словно шкуры животных, Хань И содрогнулась. А ведь на месте бедной женщины могла оказаться и она, если бы Юнь Сяо не остановил её.

— Ей не помочь, идём.

Хань И глухо хмыкнула, возобновив путь. Разумеется, Ми Бинцянь не помочь с такими-то ранами. Но если бы на её месте оказался Хань Цзишэ? Хань И наплевала бы на голос разума и бросилась бы спасать его, в этом она не сомневалась. Он был для неё куда больше, чем просто племянником, она любила его как младшего брата, как взрослого взбалмошного ребёнка, за которым приходилось постоянно присматривать. Хань Цзишэ всегда казался ей лучиком света, одна его улыбка согревала душу. Хотя, если подумать, он чаще испытывал её нервы на прочность. Да и Хань Сюань говорил, что его сын далеко не такой милый и добрый, каким пытается выглядеть в её глазах.

Туман постепенно расступался по мере приближения к огромной стене, за которой, как думала Хань И, находился город. Перед мостом стояла стража, из-за чего на дороге выстроилась очередь. Поначалу Хань И не придала большого значения пункту проверки, но после того, как выяснилось, что за вход в город стражники берут плату, напряглась. У неё же не было денег, как и у многих бедолаг, которых направляли на дорогу, огибавшую городские стены.

— У тебя есть деньги? – поинтересовалась Хань И.

Юнь Сяо даже бровью не повёл, сухо отозвавшись:

— Думаешь, я стану тратиться на тебя?

— Я верну долг.

— Как? У тебя нет ничего, а для прохода в следующие города тебе тоже понадобятся деньги. Лишних денег у меня нет.

Следующие города? Что ж, логично. Если учесть буддийскую концепцию Диюя с десятью уровнями ада, вполне вероятно, что после очередного испытания их ждал город. Хань И проследила за людьми, которым было отказано во входе за городские стены, и уточнила:

— Если нет денег на вход, то отправляешься сразу на следующий круг?

— Удачи со следующим испытанием, – надменно подметил Юнь Сяо.

И чего он тогда спас её, если так просто решил избавиться?

Признаться, от такой манеры разговора ей стало противно, поэтому Хань И предпочла промолчать, чтобы не вызывать подозрений у Юнь Сяо. Она шла рядом, искоса поглядывая то на него, то на людей, дающих стражникам у моста одну бумажную купюру или одну монету. Стражники, конечно, внушали трепет, возвышаясь над путниками на две головы. Но им было плевать на возникающие споры и потасовки, – они реагировали лишь на тех, кто пытался проскользнуть без оплаты.

Стоящий перед Хань И мужчина передал монету стражнику, после чего на его колодке появился выжженный символ, который она не успела рассмотреть. Поэтому, решив действовать быстро, Хань И выбросила руку и, выхватив из ладони Юнь Сяо кошель с деньгами, уверенно шагнула вперёд и бросила стражнику первую попавшуюся монету.