Книга Хроники Дердейна. Трилогия, страница 115 – Джек Холбрук Вэнс

Фролитц крякнул:

— Из огня да в полымя! Если Аноме полагает, что музыканты – самые подходящие тюремщики, почему бы ему не приказать тюремщикам гастролировать с концертами?

— Дело не зайдет так далеко, – заверил Этцвейн. – По существу, мне поручено найти нескольких надежных людей, умеющих держать язык за зубами. Я сразу подумал о вашей труппе. Как я упомянул, нам хорошо заплатят. В частности, мне разрешено заказать новые инструменты для всех оркестрантов – самые лучшие древороги с медными и золотыми кольцами, хитаны из черной каразской сосны с бронзовыми петлями и зажимами, серебряные тринголеты – все, что нужно, все самого высокого качества. Расходы за счет казны.

Фролитц растерянно смотрел на ученика:

— Ты все это можешь достать?

— Могу.

— В таком случае рассчитывай на охотное содействие труппы. В самом деле, давно пора сделать перерыв и отдохнуть.

Саджарано Сершан занимал апартаменты в верхних этажах высокой башни жемчужного стекла – с теневой, задней стороны дворца. Поднявшись туда, Этцвейн обнаружил бывшего правителя сидящим в скромно-непринужденной позе на зеленом атласном диване. Саджарано складывал на столешнице мозаичную головоломку из желтоватых костяных пластинок. Лицо его осунулось, кожа приобрела оттенок старого пергамента, покрылась сетью мелких морщинок. Владелец дворца сдержанно приветствовал Этцвейна, но не хотел встречаться с ним глазами.

— Первый шаг сделан, – сообщил Этцвейн. – Вооруженные силы Шанта мобилизуются и скоро выступят против рогушкоев.

— Надеюсь, решать проблемы будет так же легко, как их создавать, – сухо сказал Саджарано.

Этцвейн сел напротив, в кресло из белого дерева:

— Ваши взгляды не изменились?

— Конечно, нет. Мои взгляды основаны на многолетнем опыте.

— Может быть, вы согласитесь все же не вставлять мне палки в колеса?

— Власть в ваших руках, – произнес Саджарано, нагнувшись над головоломкой. – Мне остается только подчиняться.

— Вы это говорили и раньше. А потом попытались меня отравить, – напомнил Этцвейн.

Саджарано безразлично пожал плечами:

— Я подчинился внушению внутреннего голоса.

— Хмф… И что же внутренний голос внушает вам теперь?

— Ничего. С вами в мой дом пришла беда. Я хочу одного – остаться в уединении.

— Ваше желание будет удовлетворено, – сказал Этцвейн. – В течение некоторого времени, пока не выяснится дальнейший ход событий, группа музыкантов – моих знакомых и коллег – проследит за тем, чтобы ваше уединение не нарушалось. Это наименьшее из неудобств, возможных в сложившейся ситуации. Надеюсь, вас оно не слишком отяготит.

— Нисколько – если они не станут репетировать или устраивать пьяные потасовки.

Этцвейн посмотрел в окно, на густые леса Верхнего Ушкаделя:

— Как убрать тело из утренней гостиной?

Саджарано ответил очень тихо:

— Нажмите кнопку у двери – придет Аганте.

Явился дворецкий.

— В утренней гостиной вы найдете тело, – сказал ему Саджарано. – Закопайте его, утопите в озере Суалле, избавьтесь от него любым способом по вашему усмотрению – но так, чтобы об этом никто не знал. Вернувшись, приберите в гостиной.

Аганте молча поклонился и ушел.

Саджарано повернулся к Этцвейну:

— Чего еще вы от меня хотите?

— Я должен воспользоваться средствами государственной казны. Каковы установленные правила?