Книга Ирина Орковна, страница 16 – Вера Платонова

Она села на земле, дрожа от ночной прохлады и растирая ладонями покрытые мурашками голые плечи и ноги.

Выркин убийца очнулся и сейчас буравил ее тяжелым взглядом.

* * *

— Туда она побежала, скорее лови! — слышались крики загонщиков за спиной.

Вырра неслась по узкому коридору. Прямиком на нее мчалась блеклая тощая девица в просторной распашонке. Оружия у девицы не было, но Вырки она не боялась и пёрла ровнехонько на нее. Вырка ускорилась и придала лицу самое свирепое выражение из своего арсенала. Девица не отошла с дороги и не напугалась. Наоборот, она в то же мгновение соорудила на своем мышином личике аналогичную гримаску. Вырка наклонила голову и пошла на таран.

Послышался звон, треск, шум. Вырка упала на спину, оглушенная мощнейшим ударом, пришедшимся в лоб и на верхнюю часть корпуса. Вокруг нее веером рассыпались осколки битого стекла.

Что такое зеркало Вырра знала. У нее даже было свое, маленькое, в золотой оправе — один из походных трофеев на восточные земли. Но она и подумать не могла, что это хилое тело с маленькой головой и серыми волосами теперь принадлежат ей. И Вырка с разбегу врежется в собственное отражение.

Сверху тяжело навалились и скрутили руки.

Марья и Витька зашли в двери больницы. Их уже ожидали молодой Иркин лечащий врач и худая высокая медсестра.

— За Тишкиной? — с надеждой в глазах спросил врач.

— Да, — опасливо ответила Марья.

Доктор и медсестра переглянулись с видимым облегчением.

— Забирайте скорее!

— А что значит «забирайте», — начала было Марья, — мы не тупые, мы читали, что ей как минимум две недели реабилитации положено, если что, куда вы ее выписываете?

— Реабилитация по месту жительства, — сказал врач, вручая ей выписку. — Тут все написано, тем более читать вы умеете, как мы уже поняли. Спутанное сознание, частичная амнезия, нарушения речи после инсульта явление нередкое. Наблюдение невролога, консультация психиатра о-бя-за-тель-но. Медикаменты на первое время вот. Там тоже все написано, — он как-то спешно выставил на стол из карманов белого халата баночки с медикаментами.

Марья интуитивно чувствовала во всей этой спешке подвох.

— А ничего, что так не делается? — решил блеснуть знанием своих прав Витька, сгребая лекарства, — мы напишем жалобу в минздрав!

— Хоть в Гаагский суд, — ответила медсестра. — Вон туда проходите. Сидит ваша терминаторша.

Они завели родственников в маленький приемный кабинетик. На кушетке, болтая ногами, сидела тощая, еще более чем обычно осунувшаяся Ирка. С обеих сторон ее плотно держали под руки два крупных санитара.

— Ну вот, Ирина! — начал врач, — ваши родственники приехали забрать вас домой. А дома, как говорится, и стены помогают.

Ирка посмотрела на пришедших исподлобья и прищурилась.

У Марьи от этого взгляда мороз пробежал по коже.

Санитары подвели бывшую пациентку к выходу, медсестра вручила ей сумку и телефон.

За порогом у Марьи внутренним набатом заголосила чуйка и она оглянулась и крикнула:

— Мы передумали ее забирать! Витька, пошли, — она схватила сына за руку и потащила вперед. — Мы вообще не знаем эту девушку. Кто это? Витька, ты знаешь? Я нет.

— Женщина, что вы бессовестно врете? — выкрикнула в ответ тощая медсестра. — Мы по телефону с вами разговаривали, я ваш голос узнала!