Книга Славгород, страница 164 – Софа Вернер

Путь их ждет долгий, Ильяна это понимает. Не все зло – от людей и от пришлых, она знает. Но закон, который раньше довлел над городом, никого не защищал и не наказывал по справедливости. Они смогут установить новый, более справедливый. Она – и все ее соратники. Блестящие ученые, смелые правоохранители, гениальные врачи, плечистые строители, мудрые учителя, наилучшие инженеры – да, но еще и, наконец! – журналисты, писатели, певцы, актеры, Пресвятой Лев помоги – даже церковнослужители, философы, озерные шаманы – никто не будет исключен из нового мира.

— Славгород свободен! – кричит Ильяна из последних сил и захлебывается пылью и чужим криком. Поддерживающе клокочет живая, убереженная толпа. Ильяна обессилено кашляет и падает на колени, держась только за шатко стоящий флаг, придавленная вниз осознанием смерти.

Накрытые простынями тела, которые оттащили дальше, под навесы, тоже кричат Ильяне – но обвинительно. «Не уберегла! Пожертвовала нами! Сволочь! Все ради себя!» – и все здравые мысли от волны сожаления плавятся. Ее рвет желчью под бетонные плиты, хотя она не ела нормально уже почти неделю.

— Шура, я смогла… – шепчет она, утирая губы. – Я смогла… прости меня… – И Шура, словно живой, накрывает ее тонким пледом со спины, прижимает к себе и покачивает, как маленькую, а после поднимает на руки и осторожно уносит, прихрамывая на одну ногу.

За Ильяной тянется очередь. Каждый хочет поддержать, помочь, подать ей нужное – но Гриша осторожно держит ее, пряча, чтобы лишнее внимание не цеплялось к ее ослабшей спине. Иллино лицо упирается в Гришину шею, и, только сделав несколько неглубоких вдохов, она распознает запах и понимает, что Шура – мертв, его здесь нет, и она исполнила его последнюю волю.

Гриша укладывает еле живую, изнуренную Иллю на накрытый одеялом стол, рявкает: «Принесите воды! Еды!» – и обеспокоенно склоняется над ней, отводит растрепанные волосы от лица, чтобы осмотреть, не поранилась ли она, упав на камни. Поля заботливо подкладывает под ее голову подушку, Галия, хоть не отошедшая от своего горя, старается поправить плед со спины – их Гриша подпускает. Но мужчины остаются выдворенными за пределы самодельных укрытий. «Звони ее отцу», – приказывает Гриша Герасиму, не претерпевая оправданий. Волков подчиняется, ибо никакая вражда между ними уже не имеет значения. Это все останется в старом Славгороде.

Весь месяц, который они знакомы, Гриша находилась на пороге смерти, но никогда еще она не видела ее так близко – как Ильяна теперь. Рыкова научена, что выполнивший свое предназначение гибрид вполне заслуженно может уходить на покой. Только вечный сон не прервется внезапным ночным звонком с работы, и только в могиле любая женщина может спокойно ото всех отдохнуть.

Ильяна выполнила свое предназначение. Славгород свободен, революция совершена. Пробивает до жара и пота осознание: она уходит, но Гриша не сможет ее отпустить.

— Это обязательно?

— Вода тебя исцелит.

Гриша улыбается, глядя на то, как Ильяна по-кошачьи морщится при виде открытой мерцающей майской воды. Петя убеждает ее, что Топь сам себя греет – грядущее алтайское лето уже наливается гроздьями росы на цветущих вечерних деревьях. Половина населения вовсю занята посевами, и сейчас они только выходят из недалеких от озера полей, где обеспечивают богатые запасы еды на далекую, но все же грядущую зиму. Лавровские ботанические таланты, запасы семян и подкормки им пригодились.