Онлайн книга «Законы рода. Книги 1–4»
|
То, что называли глупостью и слабостью, оказалось не чем иным, как дальновидностью. И прямо сейчас мне предстоит встретиться с этим дальновидным человеком… Немного неожиданно, но Лена права: если всё оставить как есть, уже утром меня закошмарят разные ублюдки, подосланные Ирисовыми. А морды бить всем подряд не то чтобы сложно… Скорее запрещено. И провести несколько дней подряд на дуэльных аренах вместо подготовки к вступительным экзаменам у меня никакого желания нет. — У меня папа, после того как я в Сибирь съездила и вернулась живой, но с огромным количеством впечатлений, как-то подобрел. Так что, я думаю, ваше знакомство и беседа пройдут хорошо. Мы уже подъезжаем… Мы подъехали к воротам, и личный водитель Светловой поморгал фарами. Знакомый райончик… Отсюда до моего дома всего три-четыре километра пробежать надо. — Я и не волнуюсь. Но всё равно говорить будешь ты, а я так, поддакивать. Ладно? – посмотрел я на неё, и Лена, подумав всего пару мгновений, кивнула. Я вышел из машины и, помня наставления ещё со времён отрочества, проявил учтивость: открыл дверь и помог девушке выйти из автомобиля. — Большое спасибо. Франц, – повернулась она к водителю, – проводите нас до главного дома. И предупредите отца, что я прибыла с гостем. — Уже, юная госпожа, – поклонился он и двинулся перед нами в сторону большой, обросшей елями и пихтами усадьбе, что была в самом центре этого комплекса из нескольких домов, пруда, сада и ряда хозяйственных построек. Невооружённым глазом видны забота о доме и уют, который создавался годами. А если у человека порядок дома, то и в жизни у него обычно полный порядок. Мы прошли к большим и тяжеленным, вырезанным из цельного дерева дубовым дверям, которые при нашем приближении начал открывать персонал. Нос уловил специфический запах от древесины… — Морёный дуб из изменённых древесных пород Полесского излома? Это дерево считается одним из самых дорогих на аукционах! А ещё невероятно прочным и тяжёлым… — Юный господин весьма прозорлив и сведущ, – с улыбкой поприветствовал меня дворецкий, что подошёл ко входу. – Вы вместе с Еленой Александровной прибыли для встречи с графом, правильно я понимаю? — Да, Юзеф Павлович, всё верно, – ответила за меня Елена. – У нас произошёл кое-какой эксцесс… связанный с Ирисовым, и я обязана сообщить обо всём отцу. А ярл Миргорд Краст подтвердит мои слова, ведь он был, к огромному сожалению, свидетелем и участником сего эксцесса. — Ох, опять этот глупый мальчишка… Хорошо. Я доложу о вашем прибытии. Граф сейчас на деловой встрече в своём кабинете. Я сообщу вам, как только он освободится. Вы же пока можете разместиться в гостевой комнате или… — Не переживайте, Юзеф Павлович. Я, как и полагается гостеприимной хозяйке, найду, чем развлечь нашего гостя. — Тогда не смею вам мешать, юная госпожа, – улыбнулся утончённый мужчина в чёрном сюртуке и с примечательной испанской бородкой. Хм, а тут довольно прохладно… Работает кондиционер? — Мирослав, идём за мной… — А тут всегда так холодно? — Ой, я даже не подумала! Мы же маги льда, и для нас это комфортная температура. А вот летний зной мы еле переносим… Может, тогда во двор? — Нет, всё в порядке. Я не настолько тощий. Не замёрзну, – улыбнулся ей. Мы оказались в одной из комнат, в которой все стены были увешаны портретами членов рода Светловых. Серебряные волосы – их отличительная черта, и передавалась она из поколения в поколение, видимо, многие века. |