Книга Законы рода. Книги 1–4, страница 151 – Андрей Мельник

От моих слов хомяк начал выглядеть как бык. Тяжело дышал, фыркал, смотрел широкими глазами.

— Пи? – спросил он и, проглотив слюну, застучал зубками.

— Да, даже с орешками, – подтвердил я.

— Пи!

Мне даже ничего говорить не пришлось, когда хомяк начал носиться по полю, останавливаться то у тел монстров, то у заброшенного снаружи оружия и вопросительно попискивать, мол, забираем или нет. Я же лишь надеялся, что он не надорвётся и что меня не кинет. Не думаю, что он умеет считать. Но если научится, для меня это будет печальным событием…

Что ж, раз уж я начинаю тотальную зачистку этого излома… Есть смысл позаботиться об общечеловеческих ценностях. Собрать цепочки с номерными жетонами военных и того наёмника, документы, что подскажут их имена и помогут передать весточку родным. Вытащить их наружу и похоронить. Если этого не сделаю я, то этого никто не сделает.

— Хотел самостоятельно исследовать Сибирь и практиковаться, так получите и распишитесь, ярл Краст… – пробурчал я и принялся за работу.

В первую очередь стал перетаскивать тела людей на очищенный от трупов монстров квадрат.

Ликвидаторы… Ими не рождаются. Ими не становятся. Ими умирают! Это люди, что до последнего ведут бой и оберегают своей собственной жизнью покой простых людей и нашей Родины. Они заслуживают покой. И я всё сделаю. Отдыхайте, герои!

Подземелья Дворца псиоников

В камеру номер шесть прибыл очередной посетитель. На этот раз цель визита кардинально отличалась.

Екатерина Измайлова, одна из тридцати официальных псиоников империи в ранге магистра и выше, стояла перед дверью и напряжённо думала. Впервые за свою жизнь она оказалась в такой ситуации. Ей было позволено делать всё что только заблагорассудится. Главное – не убить и не дать сбежать подозреваемому. И сейчас, стоя перед этой дверью, она понимала: больше не висит над ней незримая рука её наставницы, больше нет нужды соответствовать образу, который она сама в себе воспитала. Вернее, ей помогли воспитать.

Она была хорошим псиоником. Хорошим магом. И отличным дознавателем. И в этом-то и крылась проблема этой молодой девушки, которая попросту не решалась сделать ещё один шаг в камеру Владимира.

Псиоников учили быть жестокими. Быть хладнокровными, властными магами с гнетущей аурой. Они – та самая Баба-яга, которую боится встретить на своём пути любой житель империи. И неважно, аристократ он или простолюдин. Тот, кто попадёт в их руки, обречён на страдания. Это знали все. Это не скрывалось, ведь они были щитом империи от зла. Порой это зло имело смазливые лица, благородные мотивы, популярные в народе лозунги… Но все они несли за собой разруху. И все они, даже притворяясь ангелами, были способны сделать величайшее зло из всех, что только возможны, – нарушить стабильность империи. Раскачать этого гиганта и создать прецедент, что приведёт к разрушениям и войнам.

Екатерину научили быть злой. Она была согласна с тем, что её будут бояться и ненавидеть. Такова цена стабильности. И она была рада стать той, кто будет этой преградой на пути врагов внешних и внутренних. Измайлова была полна веры в свой собственный путь и мудрость своей наставницы. Однако с каждым днём, когда она работала с Владимиром, вторгаясь в его мозг, в его воспоминания и самые грязные тайны, она всё больше убеждалась в том, что в системе ошибка. В точной, выверенной, работающей уже не один век системе… И всё из-за этого мужчины.