Книга Развод в 30. Новая жизнь, страница 65 – Мира Спарк

Рыдаю, прижимаясь к нему, и мне в данный момент абсолютно все равно, что это чужой человек.

Не сдерживаюсь, рыдаю и чувствую, как он прижимает меня к себе чуть сильнее.

Объятия имеют удивительную силу, а мужские — тем более.

В них спокойнее, безопаснее…

Успокаиваюсь и смущенно отстраняюсь.

— Простите, — виновато поднимаю глаза.

Он только пожимает плечами.

— Вам не за что извиняться. Идем?

— К-куда?

— Я хочу пойти с вами.

Смотрю в его спокойное и даже безэмоциональное лицо.

И понимаю, что мне приятны его поддержка и внимание.

Его недавнее заступничество и ласковая уважительная манера общения.

Он словно олицетворяет надежду. Надежду на то, что не все мужчины такие двуличные предатели, как Алексей.

Тут же одергиваю себя — рановато делать какие-то выводы, Алис. Не торопись. Не спеши.

И тут же спорю сама с собой — мысли несутся мгновенно, быстрее света: его поступки уже говорят сами за себя.

— Зачем вам это?

Он поджимает губы.

— Хочу.

В тоне власть и привычка получать желаемое.

Киваю. К чему отказываться, если с ним я чувствую себя… лучше.

Вылезаю из автомобиля и достаю платочек. Вытираю слезы и вдыхаю холодный воздух полной грудью.

Вкусный, напитанной ароматом воды, влажной земли и свежей зелени.

Будоражит кровь.

Андрей опять протягивает руку и берет меня под локоть.

Идем рядом.

В регистратуре он терпеливо стоит рядом пока я выясняю подробности.

— Дежурный врач расскажет вам подробнее. Ожидайте.

Мы отходим в сторону.

Я сажусь на металлический холодный стул и тут же встаю — не могу сидеть.

Расхаживаю.

Живот слегка потягивает, и я поглаживаю его ладонью.

— Может вам присесть лучше?

Голос Андрея раздается неожиданно и вырывает меня из задумчивости.

— Что? — спрашиваю, словно очнувшись ото сна.

— Посидите, — повторяет Андрей. — Вам не зачем быть все время на ногах.

Он произносит это и с заботой, и… что-то меня настораживает.

— Не понимаю вас.

Уголки его губ опускаются вниз, а подбородок упрямо выпячивается.

— Вам стоит беречь себя. Ваша бабушка в надежных руках. Остается только ждать…

Волна раздражения поднимается неожиданно — ему легко рассуждать, ведь мы с бабулей ему чужие люди.

Его уверенный спокойный вид меня вдруг вновь сильно раздражает, как недавно в офисе.

— Что вы в этом понимаете?

Останавливаюсь и смотрю на него в упор.

— Говорите так… отстраненно, — выдавливаю. — Вас никто не держит здесь. Можете ехать спокойно — ужинать… или куда вы там собирались.

Молчит.

Не реагирует на мои язвительные слова.

И это бесит еще больше.

— Спасибо вам за помощь. Я бесконечно благодарна, но больше не имею права вас задерживать, — стараюсь добавить в речь льда, но огонь все равно прорывается.

Продолжает молчать и спокойно смотреть на меня.

— Все, — чуть повышаю голос, — можете идти.

— Не хочу.

Делает шаг вперед.

— А вам… в вашем положении, лучше успокоиться.

И тут меня осеняет.

Так вот почему он рядом!

Он думает, что ребенок может быть его!

Кажется, что догадка написана на моем лице, потому что Андрей чуть бледнеет.

— Ах, вот оно что… — шепчу я и угрожающе сжимаю кулаки.

Его беспокою… не я…

Какой-то сумасшедший коктейль эмоций начинает вскипать в душе.

— Стрелецкая, Алиса Александровна? — прерывает меня голос и не дает договорить.

Я резко оборачиваюсь и киваю.