Книга Долгая дорога к тебе, страница 38 – Татьяна Рябинина

— Ты иди домой, — сказала, притормозив у парадной, — а я машину поставлю и в магазин забегу. В холодильнике пусто.

— Хорошо, — равнодушно кивнула Данька, открыв дверь.

Прямо в паркинге я написала Тиму в контакт, добавив номер телефона:

«Привет. Если можешь разговаривать, набери».

Одна галочка, две… звонок.

— Привет, Даш. Что-то случилось?

— Да, Тим. Я разговаривала с Даней и… в общем, я все ей рассказала. О нас. Как все было.

— Ну, может, и к лучшему, — сказал он после долгой паузы. — Тогда надо и мне с Ринатом поговорить. Если, конечно, он уже не в курсе. Не хотелось бы, чтобы к матери пошел с вопросами.

— Вчера и сегодня они точно не виделись, разве что по телефону Данька могла рассказать. Мы в город сейчас приехали. Ирину на скорой в больницу забрали, вроде, камень почечный с места тронулся.

— Вот черт. Передавай привет, пусть поправляется.

— Да нет, Тим, не передам, — усмехнулась я с горечью. — Ты же ее знаешь, ей только «а» скажи, не заметишь, как весь алфавит вытянет. Ну а дальше все Ивану доложит. Тоже не хотелось бы.

— Да, ты права, — согласился он. — Ладно, мы дома. Сейчас вытащу Ринатку во двор, вроде как в баскет постучать. Там и поговорю. Потом наберу или напишу.

Я сходила в «придворный» магазин, набрала две сумки продуктов. Все это можно было, конечно, заказать, но раз уж сказала, что пойду… Пришла, приготовила ужин. Поели, таращась в телевизор. Я то и дело косилась на телефон, но он молчал.

Данька ушла к себе, я занялась всякой мелочевкой, до которой не доходили руки на неделе. Вымыла плиту, поменяла постельное белье, загрузила стиралку. Поговорила по телефону с Ириной, которую на завтра готовили к операции.

— Камень, говорят, большой, все там перекрыл, — жаловалась она. — Сначала дробить будут, а если не получится, тогда уже резать. Сказали, потом неделю лежать, а то и больше. Как же у меня там на даче все? Прямо душа болит!

Эту дачно-огородную болезнь я понять не могла никак. Ты умереть можешь, а тебе твои огурцы важнее. Не дай бог до такого дожить! Тем более душа у меня сейчас болела совсем по другому поводу, и на огурцы было глубоко наплевать. Но говорить об этом не стоило. Я даже пообещала приехать на неделе и полить все.

Тим написал только часа через два, когда я уже собиралась ложиться.

«Поговорили. Он, конечно, был здорово удивлен. Договорились, что матери пока лучше ни о чем не знать, а там посмотрим. Сказал, что Дарина ему очень нравится. Не переживай, Даш, все будет в порядке».

Значит, Данька Ринату ничего не говорила. Наверно, решила, что лучше при личной встрече, а не по телефону. Если вообще, конечно, собиралась рассказать. Но теперь все, дело сделано.

Хотелось бы сказать, что умываю руки. Не мешать так не мешать. Но понимала, что все равно буду переживать и беспокоиться. Но хотя бы не одна.

«Спасибо, Тим. Мне стало капельку легче».

Наверно, это можно было расценить как сарказм, но он понял правильно.

«Не за что, Даш. Мы в одной лодке. Спокойной ночи. Если что — на связи».

На связи…

Как угодно я могла себе представить нашу встречу — хотя вообще не думала об этом. Как угодно — но уж точно не так.

Глава 21

Дарина

Мы едем в город, и я думаю о том, как все вышло. И мне рил не по себе. Будто я просила небо вернуть меня в город, и оно такое: а на тебе, получай.