Книга Осень подарила мне тебя, страница 13 – Шарлотта Эйзинбург

В полный рост я вижу себя только в большом зеркале в прихожей. Отражение чужое. Стройная, высокая девушка в черном, откровенном платье. Шелк мягко ложится по изгибам тела, которое я привыкла прятать. Каблуки меняют походку, заставляя бедра двигаться плавно, соблазнительно. Распущенные волосы обрамляют лицо, делая его моложе и беззащитнее.

Она красива. По-взрослому, по-женски привлекательна.

Но потом мой взгляд падает на глаза. Глубоко посаженные, с фиолетовыми тенями недосыпа под ними. В них нет ни блеска, ни любопытства, ни жизни. Только усталость. Глубокая, проникающая в кости усталость, которую не могут скрыть ни платье, ни каблуки, ни даже самый искусный макияж. Я смотрю на эту незнакомку в зеркале и вижу, как она медленно, но верно гаснет, словно свеча, оставленная на сквозняке. Вся эта красота — лишь маскировка для истощения.

Я накидываю свой старый, бесформенный плащ, пряча наряд, как преступление. Благодарю Олю — слова даются с трудом, комом в горле, — и выскакиваю из квартиры.

Осень встречает меня на улице колючим ветром и мелким, противным дождем. Он не мочит, а лишь покрывает всё липкой, холодной пленкой. Желтые листья, мокрые и тяжелые, шлепаются под ноги, прилипая к тонким подошвам туфель. Я иду быстрым, нервным шагом к остановке, кутаясь в плащ, но холод проникает сквозь тонкий шелк платья. Я чувствую себя нелепой, уязвимой и абсолютно чужой в этом образе.

Сажусь в автобус и примерно на час погружаюсь в свои мысли.

«Палас-отель» возникает вдали как мираж — громада из стекла и света, отбрасывающая золотистое сияние на промокший вечер. Подъехав на автобусе, я застываю на мгновение перед вращающейся стеклянной дверью, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Войдя внутрь, я попадаю в другой мир. Воздух теплый, пахнет дорогими цветами и парфюмом.

Гулкая, почти соборная тишина поглощает звук моих шагов по мраморному полу. С потолка свисают хрустальные люстры, чьи подвески отбрасывают на стены миллионы радужных зайчиков.

Ко мне направляются двое: мужчина лет сорока в идеально сидящем темно-синем костюме, с лицом, не выражающим никаких эмоций, и девушка — платиновая блондинка с безупречным пучком и алыми, как свежая кровь, губами. Отмечаю, что её черный деловой костюм стоит больше, чем все мои вещи, вместе взятые.

Их взгляды, холодные и оценивающие, синхронно скользят по мне. С моих волос, на которых блестят капли дождя, до моего потрепанного рюкзака, нелепо смотрящегося в этой роскоши, и до моих туфель, на которых виднеются следы уличной грязи.

— Есения Рябова? — голос блондинки ровный, вежливый.

— Да, — отвечаю неуверенно.

— Подпишите, — она протягивает мне несколько листов бумаги, скрепленных степлером. — Стандартный договор. Конфиденциальность, правила поведения, материальная ответственность. И вот ваша предоплата.

Мужчина молча вручает мне плотный белый конверт. Я чувствую его вес, ощущаю под пальцами шершавую бумагу. Не глядя, сую конверт в рюкзак, в самый дальний карман, на молнию.

— Ваши задачи просты, — продолжает блондинка, глядя куда-то в пространство над моим плечом. — Обслуживать гостей. Разносить фуршет. Выполнять их просьбы. Улыбайтесь. Будьте приветливы и невидимы. Всё ясно?

— Да, — киваю, чувствуя, как краснею под ее взглядом. Я снова школьница, стоящая перед строгим завучем.