Книга Развод. Я все еще люблю, страница 45 – Евгения Вечер

— Надь, спишь? — тихонько приподнимается и смотрит на меня.

— Сплю.

— Надь, а помнишь, когда мы были в Египте, я пообещал тебе вечность вместе? Ну, когда на экскурсию к пирамидам ездили. Помнишь?

— Помню, — закрываю глаза, а в груди опять растекается болезненное томление.

Я скучаю по прошлому.

— Я тебе не соврал тогда. Я буду любить тебя вечность! Я больше ни на ком не женюсь.

Утром Дима приносит мне завтрак в постель: душистый чай и непонятно откуда взявшиеся круассаны. Стараюсь сдержать улыбку, но получается у меня паршиво.

— Спасибо.

— Я в магазин успел сходить, — присаживается на край кровати. — Там еще продукты разные, сложил в холодильник.

— Дим…

— Надюш, завтракай. И не забывай больше кушать, пожалуйста. Малышу ведь нужно.

Это первое утро, когда меня не тошнит. И я уже начинаю думать, что муж — моя волшебная таблетка от токсикоза.

Откусываю круассан с шоколадом внутри, отпиваю душистый чай. Какое наслаждение!

— Надь, я к тебе вечером опять заеду. Часов в восемь. После работы.

— Приезжай. Я ужин приготовлю.

— Не готовь. Я заберу тебя на свидание, — говорит таким тоном, что возражать невозможно.

Я до безумия хочу, чтобы Рогов меня не обманул. Чтобы все слова, сказанные им вчера, оказались правдой. Он может вылечить мои раны. Только он! Мой предатель и моя панацея в одном флаконе!

Мне все еще страшно, и я не доверяю, как раньше.

Но я готова попробовать. Потихоньку. С опаской. Научиться доверять заново, насколько это возможно.

— Можно поцеловать тебя? — мурлычет.

А я цепенею.

— Дим, я…

— В щечку, — перебивает и тянется ко мне.

И я замираю. В одной руке круассан, в другой чашка с чаем. И глаза безумно взволнованные.

Муж нежно касается теплыми губами моей кожи. Ласково и осторожно.

Удивительно, что из Рогова ушел весь его напор и решительность. Он заново исследует границы дозволенного, да так аккуратно, будто идет по тонкому льду.

Моя душа — хрустальный сосуд.

И теперь муж либо наполнит его своей любовью, и все трещины затянутся, либо окончательно расшибет на тысячи мельчайших частиц.

Стрелки настенных часов показывают без пятнадцати восемь, а я уже готова к встрече с мужем.

Не знаю, что Дима задумал, но мне безумно любопытно. Он всегда виртуозно придумывал свидания.

Сегодня на мне голубое красивое платье, которое будет отлично сочетаться с моим пальто. И акцент во всей этой небесной комбинации — красные серьги и маленькая красная сумочка.

Звонок в дверь, и я иду открывать буквально на цыпочках, опасаясь нарваться на соседского парня Егора или еще кого.

Смотрю в дверной глазок, а там букет ранункулюсов вместо Рогова. Прикусываю щеку изнутри и шумно выдыхаю. Сердце долбит между лопаток слишком быстро.

Тук-тук. Тук-тук.

Глупое слепое сердце. Оно доверчиво рвется к Диме. Оно его любит.

Но мозгом я все прекрасно понимаю. Предавший один раз обязательно предаст снова.

Раз.

Два.

Три.

Распахиваю дверь и невинно улыбаюсь.

— Это тебе, — Дима доволен собой и своим необычным букетом. — Потрясающие цветы для потрясающей женщины.

— Спасибо, — шепчу, затаив дыхание. — Пройди, я цветы в вазу поставлю.

Хотя с вазами у меня дефицит. В имеющихся у Зои в квартире вазах еще позавчера стояли букеты, которые Дима дарил раньше. В шкафу я отыскала трехлитровые банки, и маленькие букеты переставила в них за день до нашей встречи в суде.