Книга До звезды на ёлку, страница 38 – Тата Кит

Несколько минут пролежав в темноте и слыша, как Валентина Александровна ещё бродила по кухне, я тоже провалилась в сон.

* * *

По этой дороге уже давно никто не ходит, да и машины здесь проезжают крайне редко.

Рискуя подвернуть ноги в узкой колее из замерзшей грязи, я шла встречать маму с работы.

Как обычно срезала путь мимо заброшенной мебельной фабрики.

Ноябрьский ветер заставлял скрипеть старые фонари освещения на покосившихся столбах и холодом пробирался под куртку.

Там, где заканчивался тусклый свет фонарей, я видела лишь кромешную тьму. Фантазия рисовала образы монстров, оборотней и прочих чудовищ.

А ведь мне всё равно придётся войти в эту тьму, ведь за ней начинается посёлок, в котором мама работает медсестрой.

Внезапно со стороны фабрики донесся крик. Не громкий. Будто подавленный. Словно кто-то начал кричать, но ему сразу заткнули чем-то рот.

Я испугалась.

Но не потому, что этот крик нёс угрозу лично для меня. Я испугалась, потому что на этой фабрике, наплевав на взрослые увещевания, часто тусуются подростки, которые не бояться ни хлипких устаревший конструкций, покрытых ржавчиной, ни гнилых досок, из которых состоит пол второго этажа данного полуразрушенного здания.

— Доигрались, придурки! — рыкнула я себе под нос и побежала к зданию фабрики, в красках представляя, как малолеток из поселка проткнуло имеющимися здесь железяками.

Наверняка же бродили по второму этаже, провалились на гнилых досках и упали на торчащие из бетонного пола ржавые пики.

Я забежала в здание. Через огромные дыры в стенах, что раньше были окнами от потолка до пола, ориентировалась в пространстве.

Узкий длинный коридор на входе с несколькими кабинетами по сторонам сменялся огромным залом, где когда-то стояла станки и мастерили мебель.

Какие-то станки остались, но их частично растащили на металлолом.

Я не успела добежать до большого зала.

В тусклом свете я увидела тощего мужчину в черном пальто. В его вытянутой руке был пистолет, а перед ним стояли двое на коленях и молили остановить пытки, которым их подвергали ещё какие-то люди в черной одежде.

Их били, возили по пыльному бетонному полу лицом, оставляя кровавые разводы, и снова ставили на колени перед тем, у кого был пистолет.

А я стояла рядом, вжатая в кусок кирпичной стены, спрятанная за трубой. Зажимала рот ладонями, чтобы не кричать, и с ужасом смотрела на происходящее, боясь моргнуть.

Выстрел. Второй. Два бездыханных тела на холодном бетонном полу.

Я перевела взгляд полный ужаса на стрелка и невольно вскрикнула, увидев, что он тоже смотрит на меня.

Что было сил побежала прочь. Без оглядки, не жалея ног.

— Утилизируй, — услышала я за спиной, не зная, к кому это относится.

Я бежала в темноту, что начиналась за кругом света фонаря. Боясь обернуться, неслась задыхаясь и плача.

Но как быстро я ни бежала бы, я чувствовала дыхание того монстра. Не переставала видеть его бледные голубые глаза, как у дохлой рыбы. И ощущала смердящий оскал его кривых зубов у самого горла.

А потом происходило что-то, что замедляло бег. Хотя я старалась бежать ещё быстрее и дальше. Но неведомая сила тянула мне в лапу монстра и не отпускала.

— Я здесь… я с тобой, Плюша… Плюша, слушай меня… мой голос…

И если раньше передо мной была только бесконечная тьма и погоня за спиной, то сейчас я видела свет, в котором стоял знакомый силуэт.