Книга До звезды на ёлку, страница 19 – Тата Кит

Девчонка подняла на меня красные заплаканные глаза, вытерла сопли рукавом моей толстовки — спасибо, мля! — и, напустив на лицо маску безразличия и отрешенности, прогнусавила в заложенный нос:

— Кошмар, — согласно кивнула она, наглаживая кота. — Приснилось, что перец оказался недостаточно острым.

— Иди ты, короче… — бросил я нервно и махнул на неё рукой. Ушёл в свою комнату, где, сбросив с себя полотенце, завалился на постель всё ещё чуть подгорающим фитилём кверху.

Планировал вырубиться, чтобы проспать оставшиеся болевые ощущения и проснутся уже полностью здоровым, но не смог — слышал, как по квартире ходила покемон.

Она шепталась с котом, включала мой чайник, хлопала дверью моего холодильника и раздражающе громко размешивала сахар в кружке.

Пока она всё это делала, я в очередной раз убедился, что никогда не смогу жить с кем-то, да ещё годами. Ни за что. Единственный шум, который я согласен терпеть в своей квартире — это звук того, как Кокос копает в лотке наполнитель и высыпает часть его на кафель. Всё!

Терпеть в своем доме целого человека, который может шляться по квартире, когда ему вздумается, — это уже перебор.

Я смотрел в темный потолок и ждал, когда она там заглохнет и уснёт. Но вместо этого она притопала к моей двери и тихо постучала.

— Чего тебе? — бросил я устало, когда после стука дверь не открылась, а сама Людка ничего не сказала.

— Чай с мёдом будешь? — приглушенное в нос.

— Не буду.

— Я тебе уже налила. Забирай.

Я вздохнул. Накинул на причинное место угол одеяла и крикнул:

— Зайди в комнату и поставь на тумбочку. Потом попью.

— У меня в обеих руках кружки с горячим чаем. Я не смогу открыть дверь.

Я молча закатил глаза.

— Тогда унеси на кухню. Потом приду и попью.

— Я что, несла тебе чай с кухни, чтобы его обратно унести на кухню?

В темноте комнаты я тихо притворно захныкал, желая о том, что утром с дерева эту Чебурашку.

Но всё встал с постели, намотал на бедра полотенце и, подойдя к двери, открыл её.

Внутренне чуть-чуть ожидал подвоха и нового испытания для своей задницы.

Но малая реально стояла за дверью просто с двумя кружками чая.

Выглядела она в моей одежде, конечно, забавно. Будто я оставил на долгое время на полу свои шмотки, и в них пророс этот боевой гном с взлохмаченной головой и натертым докрасна носом.

— А в чай что добавила? Яд? — поинтересовался я, не спеша принимать протянутую мне кружку.

— Хотела. Но нашла только мёд, — она слегка улыбнулась уголками губ. — В твоей аптечке ничего нет.

Впервые в жизни порадовался тому, что у меня в аптечке есть только бальзам «Звёздочка», старый пластырь, который липнет только сам к себе, и какая-то мазь, название которой уже давно стёрлось с тюбика.

— Давай свой чай, — нехотя принял кружку. Но не ту, что она мне протягивала, а другую. И немного отпил. — Подмазываешься?

— Нафиг ты мне нужен? — фыркнула малая и, отпила немного своего чая. Повернулась на месте и пошла в сторону кухни, где горел свет. — Кстати, слабит мягко, не прерывая сна, — крикнула она, когда я, отпивая сладкий чай, закрывал дверь комнаты.

— Старый прикол, — парировал. Голос звучал уверено, а вот внутри…

— Спокойной ночи… на жидком стуле.