Книга Солёный зефир, страница 25 – Даша Art

— Это не смешно, — клацаю зубами.

Мишка так не считает и наглядно демонстрирует обратное, чем злит меня еще сильнее. Злость выливается в умеренную агрессию. Даю другу подзатыльник, затем отталкиваю от себя его сотрясающуюся тушку. Он захлебнулся собственными слюнями, закашлялся. Чтобы прийти в себя, ему приходится согнуться пополам.

Я же спокойно возвращаюсь к своей сумке. Закидываю ее в ящик, достав баскетбольную форму. Снимаю костюм, аккуратно вешаю пиджак на плечики, чтобы не помять. Морщусь, когда Миха, угомонившись, забрасывает в свой ящик сперва галстук, затем пиджак, помяв его. Свинья.

— Ладно, давай серьезно. Что будешь делать?

— Понятия не имею.

Расстегиваю рубашку, снимаю штаны, вешаю следом за пиджаком. Натягиваю форму, радуясь, что в раздевалке только мы.

— Ситуация патовая, брат.

— Без тебя знаю!

Сажусь на скамейку, чтобы надеть баскетбольные кроссовки. Замечаю стертость, пора купить новые. Мысленно отмечаю галочку: внести их в мамин список покупок.

Мишка садится рядом. Его кроссы Nike сверкают новизной, хотя он и прошлые не стоптал. Друг любил баскетбол, но он не был его жизнью. Его легко мог заменить PlayStation. Я этого не понимал, как и то, почему он играет в основном составе. Не будь Мишка моим другом, я бы давно отправил его на скамью запасных.

— Но погоди… — Парень замирает со шнурками в руках. — Может, они играют с тобой?

— Чего? — вскидываю брови.

— Сам подумай: как могут быть сестры с одинаковыми именами? Это бред какой-то.

Я и сам не перестаю гадать. Должно быть логическое объяснение. Но Мари мне его не дала, выпроводив из дома сразу, как я допил чай, а её сестра ушла на второй этаж.

— Думаешь, они обманывают меня? Зачем?

Поднимаюсь с лавочки, чтобы размять стопы.

— Так ты ж… — он резко проглатывает слова, затем вовсе отворачивается.

— Договаривай, — нависаю над ним, скрестив руки на груди.

Он поджимает губы, качая головой.

— Говори.

Бью носком кроссовка по его голени. Друг шипит от боли. Я попал в нервные окончания.

— Говори, — повторяю, собираясь ударить вновь, но Мишка вскочил и отпрыгнул от меня.

— Чурбан ты, больно же!

— Знаю, — киваю. — Расскажи мне. Что я сделал?

Я видел момент, когда глаза Мишки вспыхнули: ответ нашелся.

— Пригласил одну, но пришла другая.

Подозрительно щурюсь, не веря, что это именно то, что он хотел сказать изначально.

— Я перепутал их, потому что у них уже были одинаковые имена, идиота кусок!

— А, — спохватывается Миша, почесав затылок, — точно. Тогда она стопудово будет мстить. Ты задел её гордость. Батя говорит, что нет мстительнее существа, чем обиженная женщина.

В этом он прав.

— Черт, что ты предлагаешь мне сделать?

Захлопываю дверцу ящика, закусываю щеку изнутри.

— Угрожать?

— Извиниться?

Одновременно выдаём и ошарашенно смотрим друг на друга. Я прихожу в себя первым, вспыхнув и накинувшись на Мишку.

— Как ты это себе представляешь? Я что, похож на отморозка?

Мишаня поднимает руки с выставляя их между нами.

— Ты только что пнул меня, своего лучшего друга, но не можешь пригрозить какой-то девке, чтобы держала язык за зубами?

— Не буду я никому угрожать.

— Тогда будешь унижаться? Подумай вот о чем. Что если эта Маша перехватила приглашение?

— Чего?

Моргаю.

— Вдруг она увидела подарок раньше, чем Мари. И решила не показывать его сестре, а прийти вместо нее.