Книга Книжный в сердце Парижа, страница 65 – Лоренца Джентиле

Я достаю из кармана телефон и не задумываясь звоню Бернардо. «Тетя Вивьен так и не объявилась!» – воскликнула бы я, если бы он взял трубку. Но он не отвечает.

Я звоню маме. «Что мне делать? – спросила бы я ее. – Я приехала сюда к тете». Но этот звонок тоже остается без ответа.

Мои родители думают, что я в Париже с Линдой и что мы вернемся самолетом завтра утром. Если я сяду на вечерний поезд, мой обман никогда не раскроется. Может, у них и есть подозрения на мой счет, но без доказательств они со временем рассеются. Я буду притворяться до конца своей жизни. Эти дни исчезнут из моей памяти, оставив за собой шлейф невероятности, как будто все это мне только привиделось. Возможно, тетя Вивьен большего и не заслуживает. Да и я тоже.

— Что случилось? – раздается голос позади меня. Это Юлия, она заметила, как я убежала, и догнала меня.

Только сейчас я понимаю, что плачу. Я пытаюсь подобрать слова, чтобы объяснить. В чем дело? Ни в чем. Тетя так и не явилась, и теперь мне действительно пора домой. Вот и все.

— Я взяла это для тебя. – Она протягивает мне книгу. Я провожу рукой по обложке и не могу сдержать улыбки – это «Дневник» Анаис Нин.

Она добавляет, что не может прочитать мне свой монолог, потому что квартира Джорджа до вечера занята. Но мы могли бы поработать над этим завтра, если я не уеду.

— Так ты уедешь?

— Наша жизнь состоит в том числе из обязанностей, – заявляю я. – Именно они являются ключом к счастью.

Кажется, Юлия в этом совсем не уверена, но ей нужно возвращаться в магазин. Мы с Колетт наблюдаем, как она переходит улицу.

Колетт виляет хвостом и решает следовать за ней. Я бегу за собакой и хватаю ее за ошейник. К счастью, машина, ехавшая навстречу, успевает вовремя затормозить. Если бы родители видели, как я рискую жизнью! Женщина за рулем что-то кричит мне вслед. Мне совсем не свойственно бросаться на проезжую часть, но сколько несвойственных мне поступков я уже совершила? Я поднимаю руку в знак извинения, указывая на собаку. Женщина в ярости трогается с места. И она права.

Мы переходим дорогу целыми и невредимыми. На мгновение я потеряла ориентацию в пространстве. Мне вспомнилась маленькая площадь в Корнаредо, совсем пустынная в будни, если не считать нескольких стариков на скамейке и флегматичных голубей на паперти. Я вспоминаю воскресные прогулки с мамой по городку, который не таит в себе ни опасностей, ни неожиданностей, где заранее было известно, что с нами произойдет, кого мы встретим и что скажем друг другу. Выходить из дома без всяких ожиданий было для меня в порядке вещей, но теперь мне это кажется странным.

Виктор подходит к нам и наклоняется к Колетт. Я поднимаю глаза и вижу желтую вывеску книжного магазина, к которому всего несколько дней назад приехала, исполненная надежд. За восемьсот пятьдесят километров от дома.

— Я вернулась, – говорю я, стараясь не встречаться с Виктором взглядом. – Мне нужно закончить смену.

Я не хочу, чтобы он заметил, что я плакала, не хочу, чтобы он знал, что и сегодня я не встречусь с тетей.

С грехом пополам я пытаюсь раскладывать книги, как вдруг мне перезванивает Бернардо. Я думаю о его нежно-голубом джемпере и о времени, которое проецируют на стену часы в его комнате.

— Ну что, она наконец объявилась? – весело спрашивает он. Слишком весело для меня в данный момент.