Книга Ищу жену. Срочно!, страница 83 – Харли Напьер, Юлия Мелихова

— Зачем... зачем им это было нужно? — я шепчу, не веря, что в мире существует такая концентрация зла. — Ради какой-то «процедуры»?

— Потому что у этой бабы племянница помирала, а Викин костный мозг был единственным шансом. Она решила, что её деньги дают ей право разбирать других детей на запчасти.

Я молчу, пытаясь уложить это в голове. Моя маленькая, светлая Вика... Для них она была не человеком, а просто редким ресурсом. От этой мысли меня начинает мелко трясти.

— А еще, — Миша делает паузу, медленно перебирая мои пальцы, — к нам приезжали в гости те самые «любители искусства». Им очень хотелось забрать твою картину, которую дед оставил. Видимо, считали, что это отличный бонус к сделке.

— Что?! — я отстраняюсь, глядя на него во все глаза. — Они знали про картину? При чем тут она?

— Теперь это уже не важно. Теперь они не подойдут к тебе даже на пушечный выстрел — я им доходчиво объяснил правила игры. Всё, Гуль, выдохни. Переставай бояться. Мы этот вопрос закрыли. Навсегда.

— Но как, Миш? Как ты это сделал? Почему молчал, пока я сходила с ума в этой палате?!

Миша слегка сжимает мои бедра, притягивая еще ближе, и в его взгляде мелькает та самая мужская, непреклонная твердость, против которой у меня нет и никогда не будет аргументов.

— Потому что я тебе обещал: все проблемы в этой семье я буду решать сам. Это мужская работа, Гуль. А твоя работа — просто быть рядом. Всё, женщина. Давай закрывать тему. У нас есть дела поважнее.

Он снова притягивает меня к себе, и на этот раз я не сопротивляюсь, растворяясь в его силе.

Телефонный звонок от Пашки вырывает меня из хрупкого домашнего уюта, когда я только-только начал расслабляться, вдыхая запах мирной жизни.

— Мих, извини, что дергаю в выходной, но тут Чумак в позу встала. Сказала, со следствием работать не будет, протоколы не подпишет, пока ты лично не приедешь. Требует тебя, и всё тут. Уперлась как скала, адвокаты только руками разводят.

Я бросаю взгляд на Гулю, которая на ковре в комнате возится с Викой, строя какой-то невероятный замок из кубиков, и нехотя поднимаюсь. Тело протестует, требуя покоя, но интуиция подсказывает — это не просто каприз арестантки.

— Скоро буду, Паш. Держи её там, — коротко бросаю в трубку и начинаю искать ключи.

В отделении полиции меня проводят в допросную через лабиринт серых коридоров. Когда я заходя внутрь, вижу, что Нина Валентиновна сидит всё в той же позе. Прямая спина, сцепленные пальцы, но её взгляд изменился. Больше нет той ледяной надменности и презрения, с которыми она смотрела на нас в больнице. Она кажется высохшей, постаревшей на десять лет за одну ночь.

— Я знаю вашу проблему с картиной, Михаил, — говорит она без вступлений, едва я опускаюсь на стул напротив. Голос её звучит глухо, безжизненно. — Ценный экземпляр. Настоящий шедевр, который дед Гульнары хранил слишком небрежно. У меня будет к вам просьба. Или предложение... решайте сами, как это называть в вашем мире.

Я молчу, ожидая подвоха.

— У меня есть частная картинная галерея. Это крепость, — она едва заметно ведет плечом. — Там установлены системы климат-контроля последнего поколения, профессиональная охрана и персонал, который умеет работать с искусством на мировом уровне. Там вашему полотну обеспечат условия, которых нет ни в одном полицейском сейфе или банковской ячейке. У вас больше не будет проблем с теми людьми, что охотились за ней. Она просто исчезнет с радаров, оставаясь вашей собственностью.