Книга Во власти греха, страница 42 – Ния Экс

— Никита, — я вздохнула. — Для этого нужно просто…

— Я знаю, — перебил он. — И я хочу это исправить. Я хочу… я хочу попробовать заняться… любовью с тобой.

Я уставилась на него. Он покраснел до корней волос, но смотрел твёрдо. Острый кадык на бледной шее дёрнулся, он сглотнул ком страха и порицания.

— Ты хочешь секса? — уточнила я, чтобы убедиться, что мне не послышалось.

— Да, — выдохнул он. — Я… я даже подготовился.

— Подготовился? — я почувствовала, как внутри закипает любопытство.

Никита оглянулся по сторонам, потом полез в рюкзак. Я уже думала, что он достанет Евангелие или жития святых, но он вытащил… нет, не книгу. Он вытащил коробку. Розовую небольшую коробку. С надписью

«Intimate Fantasy. Вибратор-фаллос. 3 режима вибрации. Реалистичная форма».

Я подавилась воздухом.

— Никита, это…

— Я купил его, чтобы… — Колокольников запнулся, заливаясь краской. — Чтобы ты не подумала, что я совсем ничего не умею. Я изучил инструкцию. Там есть… есть картинки. Подумал, что можно обойти запрет таким образом… по сути, я смогу тебя удовлетворить этим приспособлением без личного… кхм… проникновения.

Я смотрела на коробку, потом на Никиту, потом снова на коробку. Семинарист, который недавно обвинял меня в греховных помыслах, принёс в универ вибратор, чтобы соблазнить меня и вернуть обратно.

Это был какой-то сюрреализм.

— Ты серьёзно? — спросила я, пытаясь не заржать.

— Абсолютно, — будущий священник говорил так, будто защищал диплом. — Я понял, что наши отношения зашли в тупик из-за моей… скажем так, недостаточной компетенции в вопросах плотской любви. Я хочу это исправить. Я хочу, чтобы наш первый раз был… — он запнулся, подбирая слово, — качественным.

Я не выдержала и расхохоталась. Прямо в столовой, под недоумёнными взглядами однокурсников. Никита сидел с коробкой в руках, пряча её под столом, красный как рак, и смотрел на меня с надеждой.

— Ты… ты принёс в универ вибратор, — выдавила я сквозь смех. — Чтобы предложить мне заняться с тобой сексом с помощью игрушки.

— Ну да, — он судорожно облизнул губы. — Я подумал, это покажет, что я серьёзно настроен. И что я готов учиться.

— Учиться, — повторила я, вытирая слёзы. — Никита, ты невыносим. Мда-а-а… Но… чёрт с тобой. Давай попробуем. Вдруг, мне понравится. Дюже любопытно взглянуть, что ты там изучил!

— Правда? — его лицо осветилось такой радостью, что мне стало почти стыдно за свои мысли.

— Правда, — я встала, забирая коробку и суя её в свою сумку, пока кто-нибудь из преподавателей не увидел этого позора. — Я свободна сегодня после семи. И без молитв перед этим, окей? Договорились?

— Договорились, — благоверно выдохнул он, прислонив ладонь к нательному кресту под рубашкой.

Я вышла из столовой, чувствуя, как внутри борется любопытство и какой-то странный азарт. С одной стороны, Никита — это прошлое. С другой — мне было дико интересно, что из этого выйдет. И потом, если я ошибаюсь насчёт Греховного, если аноним — это не он, то… может, стоит дать Никите шанс?

Но в глубине души я знала, что дело не в Никите. Дело в том, что я хотела убедиться. Убедиться, что аноним — не он. Что тот, кто был со мной в ту ночь, не может быть заменим этим неуклюжим, вечно смущающимся семинаристом. Или может?

* * *

Вечером я стояла перед дверью дома Колокольниковых и чувствовала себя героиней дешёвого анекдота. В сумке розовела коробка с вибратором, в голове крутились мысли об анониме, а на душе было муторно.