Книга Мия. Гравитация Vs Свобода, страница 61 – Devi Ant

— Давайте рассаживаться. Ужин начинается.

Стефан как хозяин занимает место в основании стола, но за светской любезностью прячет все то же вайб, с которым он подходил к Харду.

Габриэлла уходит к параллельному столу и возглавляет его, я же располагаюсь рядом с Айсом, который дислоцируется сбоку от принца. Напротив нас садится Жером Льежуа, и французский премьер, а рядом со мной занимает место президент швейцарской корпорации банков с сыном.

— Князь с княгиней разве не присоединятся? — интересуется Бернар, располагающийся непрдалеку рядом со своей карточкой.

— Нет. Они не смогли, — отвечает Стефан.

Тем временем свет в зале окончательно гаснет, и я удивлена такому началу ужина. Но судя по спокойной реакции гостей, так и должно быть.

И мне дискомфортно в этой темноте. Брай так и не присоединился к столу. Видимо пошел играть. Что мне нравится. Но я вновь чувствую спиной чей-то взгляд. Что мне не нравится.

Зал заполняет музыка. Равель с его непревзойденным гипнотическим Boléro. Словно медленно разгорающееся пламя. В такт ритму, в темноте появляются огромные неоновые фигуры очертаний драгоценных камней в огранке. Паря над землей, вплывают в зал одна за другой, окружают наши столы яркими загорающимися пятнами. Красного рубина, синего сапфира, зеленого изумруда, фиолетового аметиста. Присматриваюсь. Официанты с блюдами. На головах зафиксирована специальные конструкции, которые и дают такой офигительный эффект парящих драгоценностей.

Будто на счет раз-два ставят перед каждым из нас позолоченные блюда под клошем. Синхронно. Все вместе приподнимают колпаки. В неоновой подсветке плохо видно, но секундное движение руки и передо мной вспыхивает огонь. Присматриваюсь. На золотом блюде горит яркий драгоценный камень.

Понимаю, что ужин посвящен ювелирной выставке, но его возвели в ранг искусства, и рука не поднимается прикоснуться к горящему «камню» вилкой.

Слышатся аплодисменты, и официанты, которые своей слаженной работой больше похожи на коллектив кордебалета, так же синхронно уходят под гипноз Равеля.

Едва огонь на золотых блюдах гаснет, зал заливает неярким неоновым светом, и я понимаю это, как знак, что можно приступать к еде.

— Как вам? — интересуется сын банкира.

— Рушить эту красоту будет кощунством, — не вру. И не скрываю свое восхищение.

— Это молекулярная кухня.

Слышала о ней много и даже знаю пару ресторанов в Германии, но никогда так близко ее не наблюдала, особенно в такой подаче.

— Тебе понравится. — Констатирует Айс.

— Не сомневаюсь.

Пробую. Карамелизированный перец, наполненный гранатовым гелем. Алхимия вкуса, сочетание несочетаемых текстур и ароматов.

На фоне моих впечатлений остальные гости выглядят спокойнее.

Понятное дело, что все эти изыски для богачей, которым уже нечем себя за дикое бабло удивить, и обычному человеку это не по карману, да и ни к чему. Но шоу мне нравится. Люди могут себе его позволить. Это красиво. Эстетично. Как произведение искусства. Задевает душу. И я не буду кривить носом, в образе «бедная, и горжусь этим». Единственное, что меня цепляет — я сама лично ничего не добилась, а въехала в этот рай денег и возможностей за счет Айслера. Привыкать, как к коксу, к миру роскоши не собираюсь, но пока она есть — наслаждаюсь.