Книга Мия. В Лабиринте, страница 9 – VIOLATOR, Devi Ant

Закрываю один глаз и подношу близко к лицу отшлифованный черный камень, в котором виднеется отверстие. Смотрю через узкий просвет на женщину в ярких летних лучах. Светлые длинные волосы собраны сзади в пучок. Порозовевшее на солнце лицо. Чуть вздернутый аккуратный нос. Мягкая улыбка. Почему-то становится и тепло и грустно одновременно.

Женщина поднимает меня на руки, и я вспоминаю это ощущение. Мягкое. Уютное. Защищенное. Мама.

— Ты нашла куриного бога. — Улыбается и, поправляя на моей голове панамку, уносит все дальше от воды. — Или ведьмин камень.

— Ведьмин камень… — повторяю за мамой непонятные слова, обнимая ее за шею. Вижу в отражении ее солнцезащитных очков девочку лет двух.

— Это к большо-о-й удаче.

— Как это?

— Посмотри через дырочку в камне и загадай желание.

— Фелание как Деду Молозу?

Улыбается.

— Да. Загадай желание, как на новый год. Но какое-нибудь другое. А чтобы оно сбылось, мы проденем веревочку через отверстие и повесим тебе на шею.

Подношу к лицу черный камень. Сощурив один глаз, смотрю через отверстие на яркое лазурное небо.

— Хочу быть зывой. — Загадываю желание.

Мы резко останавливаемся, и мама с тревогой смотрит на меня.

— Почему ты загадала такое желание? Тебя кто-то обидел?

— Я видела сон, — пожимаю плечами.

Хмурюсь. Не понимаю, почему мама перестала улыбаться.

— Какой сон?

— Хочу быть живой! — кричу я и, чувствуя боль в грудной клетке, резко открываю глаза.

Часто дышу, вдыхаю воздух, откашливаюсь, будто провела под водой без воздуха полчаса.

Я лежу на бетонной дороге. Надо мной нависают незнакомые люди. А в ушах все еще звенит мой крик.

Рефлекторно дергаюсь, хочу встать, но какой-то мужчина останавливает движением руки.

— Лежите. Может быть, у вас поврежден позвоночник. Мы уже вызвали Ambulance. — звуки проникают будто сквозь толщу воды.

Замираю. Я просила быть живой. Но уж лучше умереть, чем стать парализованной. От этой мысли в голове начинает шуметь, Ловлю панику. Вновь часто дышу, чтобы успокоиться.

— Мисс, вы меня слышите?

— Да. Все слышу. — Хрипом. Это и понятно. Я так кричала, что надорвала голос.

Но то, что я все слышу и отвечаю по-английски, уже хорошая новость.

— Как вы себя чувствуете? — на лицах беспокойство и тревога.

Прислушиваюсь к себе. Оцениваю состояние. Шевелю пальцами ног и рук. Чувствительность есть. Несмотря на боль в грудной клетке и шее, адских мучений не испытываю. Но, может быть, это шок и все еще впереди. Сколько таких случаев было.

Хочу сказать «живой», но отвечаю по существу:

— Tolerably... [терпимо]

— Вы помните, как вас зовут?

В голове шумит, в мыслях хаос. Но память при мне и звуки все яснее и отчетливее.

— Помню. — Называю свое имя и сегодняшнюю дату.

— Очень хорошо, — облегченно улыбается мужчина, а моя мысль, несморя на шум, начинает работать.

— Кто-нибудь еще пострадал?

— Две машины задело. Но без жертв и явных травм.

Аккуратно выдыхаю. Еще одна хорошая новость.

Стараясь не шевелиться, внимательно рассматриваю людей, собравшихся вокруг меня. Коула среди них нет. Это и понятно.

— Вы помните, что случилось? — еще один вопрос от мужчины, сидящего на коленях справа от меня.

Хороший вопрос. Помнить помню, но объяснить…

— Тормоза не сработали…

Невысокий европеец, поправляющий какой-то мягкий валик у меня под коленями, качает головой.