Книга Бывшие. Притворись моей женой, страница 14 – Татьяна Катаева

— Ну что? — спрашиваю.

— Она одна. И вообще-то, она там не отдыхает, а работает. Ко мне с меню подошла. А я сразу на бейдж взглянул. "Настя" — девушка с голубыми глазами и тонкой талией. Я не ошибся, уверен.

Вздохнул. Не знаю — с облегчением или с новой болью.

— Спасибо, малой, — хлопнул по плечу. Он протянул руку и с ехидной улыбкой добавил:

— Что, втрескался, да?

— На, ещё на мороженое. Хорошо поработал, — игнорируя его вопрос, дал ему ещё денег.

Парень ушёл, а я остался стоять. Вроде бы и рад, а вроде и злость берёт. На что надеялся? Что она всё это время страдала? Что плакала по ночам, как я? Убеждал себя, что она просто прячется. Что не может быть счастлива без меня.

Сильная. Холодная. Независимая. Такая, какую сам и сделал.

Но почему работает там? Почему не нашла богатого ухажёра? Почему вернулась из-за бугра и спину тут гнёт?

Как много вопросов, а ответов — нет. И не будет. Всё, что осталось мне — только смотреть. Не прикасаться. Не подходить. Не говорить.

Просто стоять — и проживать. Себя. Без неё.

Я стою, будто вкопанная. Меню в руках, губы приоткрыты — не от слов, от шока.

Это он.

Не может быть.

Я моргаю, надеясь, что померещилось. Что это кто-то похожий. Что мозг сыграл злую шутку. Но нет же. Он. Назар Демченко. Моя первая любовь. Мой первый парень. Первый мужчина. И даже первый горький опыт — тоже он.

Смотрит на меня, как будто вообще не прошло время. Словно я — не чья-то официантка, не мама, не сломанная и собранная обратно женщина, а та самая Настя.

Только его.

Настя... Настенька... Настюша... Незабудка моя...

На секунду всё вокруг замирает. Кофемашина перестаёт шуметь, люди перестают разговаривать, всё — как будто под стеклянным куполом. А сердце перестаёт биться и чувствовать боль прошлого.

Остаёмся только мы вдвоём. Те старые, которые, казалось, любили друг друга.

Глаза в глаза.

Меня прогибает током, и сердце снова запускается. Пропуская сквозь себя всю перенесённую боль за эти два года.

И лишь поэтому мир возвращается. Пульс в висках, предательская дрожь в пальцах, резкий холод по спине. Я выдыхаю через нос. Прямо в лицо себе.

Соберись, Настя. Ты уже не прежняя серая мышка, которая дрожала только от его взгляда. Ты не та запуганная и опозоренная девушка, которая бежала по улице, спотыкаясь и падая. Ты всё сделала правильно. Он сделал свой выбор ещё тогда. И поэтому он тебе никто. Просто гость. Мужчина за пятым столиком.

Делаю шаг. Кажется, больше не смогу. Но потом делаю ещё один. Плечи ровные. Шаг уверенный. Только руки всё ещё дрожат, и меню чуть слышно шелестит в пальцах. Подхожу ближе и заставляю себя улыбнуться. Самой обычной рабочей улыбкой, которую надеваю каждый день. Нет, я не умру из-за этой боли. Я не сломаюсь или прогнусь. Не дождёшься, Демченко.

— Добрый день, — произношу ровно. Голос — чужой. Холодный. Даже мне страшно от самой себя. Никогда не знаешь, сколько боли ты можешь вынести, пока эта боль не посыпется на тебя лавиной. — Вот меню. Что будете заказывать?

Он молчит. Просто смотрит. Изучает. Как будто впитывает глазами. Не моргает. Словно я — не я, а видение из прошлого. Призрак.

Ты тоже для меня призрак прошлого. А призраков надо бояться. Они преследуют, душат, мучают, испытывают... Жизни нормальной не дают. И я надеюсь, что он просто случайно сюда зашёл, не зная, что я тут работаю.