Книга Бывшие. Притворись моей женой, страница 108 – Татьяна Катаева

— А у тебя кто есть? — фиксирует он обе свои руки на талии и чуть ближе к себе подвигает.

— У меня есть ты, — улыбаюсь ему и сама тянусь к губам.

Моя бабушка всегда говорила, что уметь прощать — это великий дар и им обладают только сильные люди. Слабым же проще ненавидеть дальше. Что ж, я не хочу быть слабой. Не хочу тащить в будущее этот груз прошлых обид. Я хочу быть счастлива и любима. Можно начать прямо здесь и сейчас.

— Ма-ма, — зовёт меня Маша, чем возвращает в реальность.

Я сижу на лавочке в парке и наблюдаю за тем, как мой муж и дочка играют на детской площадке. В данный момент Назар активно подкидывает Машу в воздухе, а она смеётся.

Да, месяц взаимоотношений между дочерью и отцом дал о себе знать. Они теперь не разлей вода. Даже не представляю, что будет, когда Назар поедет на тренировки. Хотя он говорит, что оставлять нас тут не намерен и заберёт в Италию с собой. У него там свой дом, двухэтажный. Мама с папой в шоке, потому что привыкли видеть Машу ежедневно, а тут, на месяц уезжать надо. Назар снял им квартиру в столице. Теперь мама работает в элитной гимназии, а отец... Он больше не тракторист. Назар помог ему устроиться в СТО Стаса Борцова, друга Назара. Теперь у отца хорошая зарплата и любимая робота.

В кармане завибрировал телефон и я, опустив глаза, достала его. Снова какая-то акция от магазина косметики. Пока я клала обратно телефон в карман, возле меня кто-то присел.

— Ну здравствуй, Настенька, — услышала я знакомый голос. Быстро подняв глаза вверх, я увидела всё ту же женщину, которая почти два с половиной года назад села возле меня на лавочку. Это был другой парк, другая лавочка, и совсем другая я. Вот только женщина внешне, кажется, как будто и не изменилась. Всё такие же красные ногти и губы, черные как ночь волосы, и добрая улыбка.

Сколько раз я возвращалась мысленно в тот день и прокручивала её слова:

"Вернёшься сюда, через два года. Сил наберёшься и будешь готова. Сейчас ты пока не готова к бою. А дома — даже стены лечат. Выстоишь и выиграешь!"

Наверно, именно они и дали надежду на то, что я верну обидчику деньги. Но вышло всё куда лучше. Я вернула и свою любовь.

— Как же ты похорошела, — продолжает говорить она. Её тёплая ладонь накрывает мою, и она тоже улыбается. — Улыбка тебе к лицу.

— Здравствуйте, — наконец-то отхожу от шока, и, подавшись порыву, быстро обнимаю её. Мне отчего-то так тепло и хорошо становиться. Будто я ей тоже была должна. Должна была высказать благодарность. — Спасибо вам огромное. Вы так сильно мне помогли тогда! — выравниваюсь я.

— Да за что ж меня благодарить, красавица? Я ничего не сделала. Это всё ты.

— Ну как же? Вы дали мне надежду.

— Может быть. Переубеждать тебя не стану.

— Вы снова что-то хотите мне сказать, да? Моё счастье временно?

— Нет, дорогая. Твоё счастье вечно, не переживай, — она поворачивается лицом к Назару и Маше и внимательно на них смотрит. — Ты прошла долгий путь. Ты пролила немало слёз. Теперь пора просто жить. Он любит тебя, даже не сомневайся. И с дочкой всё будет хорошо. Её сердечко теперь сильное.

Я сижу не шевелясь. Даже дышать боюсь. Снова как будто под гипнозом. Её приятный голос успокаивает и снимает все сомнения. Потому что я ей верю.

— Вот, — снова поворачивается она ко мне и протягивает руку, в которой что-то держит, — Это тебе два талисмана. Пусть носят и не снимают их. Они вырастут счастливыми и здоровыми. А ты... Ты главное не переживай. Он больше никогда тебя не обидет. Осознал все ошибки. Будет твоей крепостью.