Книга Ты моя Война, страница 85 – Селена Кросс

— Иль-Хун, сын, принеси нашу особенную.

Брат Тессы кивнул и вышел. Через пару минут он вернулся с двумя бутылками благородного вискиThe Macallan 25 Years Old. Я едва не присвистнул. Вот это подход. Вот это вечер.

Тесса тем временем закончила сервировать стол. Выглядело всё так, будто семья ждала дорогого гостя, а не случайного визита.

Я поймал себя на мысли, что впервые за долгое время мне хорошо. Не из-за выпивки. Не из-за праздника. А из-за этой девчонки, её семьи, из-за простого домашнего ужина, на котором я вдруг стал своим.

И вот знаете что? Это был чёртовски лучший вечер в моей жизни.

--- ~ Тесса ~ —-

Я впервые видела, чтобы папа и Иль-Хун с кем-то так расслабленно выпивали и вели разговоры. Обычно — всё по уставу: серьёзно, по делу, короткими фразами. А тут… сидят, смеются, бутылка уже почти опустела. Александр вписался так, будто всегда был частью этой семьи. Улыбался, поддерживал разговор про службу в армии, про политику, про какие-то старые байки. Папа хохотал, как мальчишка, Иль-Хун кивал, а я сидела с мамой напротив, стискивая ладони под столом.

Было тревожно. Жутко. В груди всё сжалось — ну вот зачем он пришёл? Что он задумал? Чего ему надо? А если он всё не так поймёт? А если отцу в голову взбредёт… Господи, нет.

И тут папа, смеясь, встал и отправился на кухню. Вернулся с подносом. Корейские закуски: кимчи, пибимпап, кочуджан, острые кальмары.

— Надо же накормить будущего зятя по-человечески! — весело заявил он. Я аж вздрогнула от этих слов.

Александр ел с удовольствием. Прямо с таким видом, что, мол, давно этого ждал. Особенно ему кимчи понравилось — глаза аж загорелись.

— О, это шикарно. Госпожа Ли Ми-Ён, вы прекрасно готовите. Мама только скромно кивнула. А я всё смотрела на него, прикидывая, как бы так лягнуть его взглядом, чтобы он свалил по-тихому.

А мужчины всё лили разговоры — то про старую службу, то про дела, то про политику. Я только услышала кусок про выборы в Сеуле и выключилась. Пила воду, стараясь держать лицо.

И вот когда они уже на веселе, папа вдруг подался вперёд, глядя на Александра:

— Александр, скажи-ка мне… какие у тебя намерения насчёт моей дочери? И не вздумай сейчас сказки про рабочие отношения лепить. Я старый солдат, меня не проведёшь.

Я чуть стулом не поехала назад. Застыла. Всё тело напряглось.

Только не это…Александр спокойно поднял на него глаза, с лёгкой улыбкой — Самые серьёзные, господин Мин-Сун.

Чёрт. Он это вслух сказал. Самые. Серьёзные.

Я чуть дыхание не потеряла. У меня внутри всё застонало от ужаса.

Папа довольно закивал:

— Вот это по-мужски. Когда решишь жениться на Тессе — придёшь за нашим благословением. Но сперва — познакомь нас со своими родителями. Так положено.

Иль-Хун поднял бокал:

— Поддерживаю.

Блин… Вот теперь я реально попала.

Чтобы не сгореть там же на месте, я резко встала:

— Я на кухню… посуду помою. Мама только мельком глянула, и я быстро выскользнула оттуда.

На кухне схватила тряпку, включила воду, и начала бессмысленно тереть одну и ту же тарелку. Сердце стучало так, что, казалось, услышат.

Через пару минут мама зашла, прислонилась к косяку, улыбнулась уголком губ.

— Дочка, тебя зовёт отец…Я сжала тряпку так, что аж пальцы побелели.

Ну всё. Финита.

Вытерла руки, вздохнула и вошла в комнату. А там…