Книга Ты моя Война, страница 178 – Селена Кросс

О том, почему ушёл из “Harper Co.”, как устал от лжи, предательства и бесконечной борьбы за место под солнцем, которое в итоге не стоило ничего. Как долго оставался в тени, не потому что сдался, а потому что хотел наконецдышать.

Я слушала, боясь перебить.

Это был не тот хладнокровный адвокат, которого знала весь этот день, а мужчина — живой, уставший, с надломом, который он тщательно скрывал за бронёй уверенности. И в этот момент я почувствовала не просто симпатию, а восхищение — доверие. Настоящее. Он позволил мне заглянуть туда, куда, казалось, никто не имел права.

Когда мы поднялись в свои номера, в воздухе между нами повисло нечто невидимое — тонкое, электрическое.

Он задержал взгляд, и в нём мелькнуло то самое чувство, которое не нуждается в словах. Желание. Тепло. Нежелание расставаться.

Он смотрел на меня чуть дольше, чем позволено, а я… я не отвела взгляда.

Казалось, если он сделает хоть шаг, я забуду, где нахожусь, кто я, и зачем всё это. Он манил — не движениями, не словами, а чем-то глубже, чем просто тело. Будтонитями, невидимыми, тянул меня к себе. Ещё чуть-чуть — и я бы поддалась. Но он лишь тихо произнёс:

— Спокойной ночи, Тесса.

И этого было достаточно, чтобы сердце на секунду забыло, как биться.

- ~ Тесса ~ —

Я зашла в свой номер, прислонилась к двери и шумно выдохнула. В груди всё горело. Душа рвалась наружу — прямо к нему. Но Александр лишь холодно пожелал мне спокойной ночи и скрылся за дверью своего номера, будто поставил стену между нами. Он весь день держал дистанцию — ровно, сдержанно, но так, что я всё равно чувствовала его дыхание где-то рядом. Его тень висела в воздухе даже тогда, когда его уже не было рядом.

Я ловила себя на глупых мыслях.

Мне не хватало его слов.“Вишенка”, “сладкая”...— раньше я отмахивалась от этих обращений, считала их легкомысленными. А теперь... теперь я отдала бы всё, чтобы услышать хотя бы одно. И, наверное, уже никогда.

Чтобы отвлечься, я включила телевизор — и, конечно же, на всех новостных каналах — мы.

Наш суд. Наше дело. А мистер Кинг сиял во всей красе, как будто выиграл не благодаря Уинтерсу, а потому что сам себе аплодировал. Я усмехнулась, натянула пижаму, сделала маску, налила себе немного вина и устроилась на диване. Где-то на фоне шептал телевизор, но мысли всё равно были о нём. Так я и задремала.

Резкий звук стекла вернул меня к реальности.

Что-то громко разбилось. Я подскочила. Звук шёл из соседнего номера. Его.

— Чёрт, — только и выдохнула я, уже неслась к нему в комнату.

Без стука распахнула дверь.

Комната была полутёмная, светил только торшер. Воздух стоял тяжёлый, будто в нём растворилась усталость. На полу — осколки графина, вода растеклась по паркету. А он...

Александр лежал на кровати, рука на лбу, глаза прикрыты.

Бледный, уставший, измученный. — Александр! — я подбежала к нему. — Что случилось?!

— Тесса?.. Что ты тут делаешь? — голос у него был хриплый, сиплый, совсем не тот властный тон, которым он обычно бросает приказы.

— Я услышала шум. Ты в порядке? — я уже стояла рядом, не дожидаясь разрешения.

— Просто хотел налить себе воды. Не вышло. Ничего страшного.

Он попытался сесть — но по его лицу я сразу поняла: врёт.

— Не смеши меня, — перебила я. — Бледный как лист, губы сухие, взгляд мутный.