Книга Последний вздох, страница 124 – Эмма Пиньятьелло

У Неллы перехватило дыхание. Ее и раньше называли прекрасной. Но это было просто слово. Оно никогда не звучало так. Оно никогда не характеризовало ее целиком. И она знала Джетта пятнадцать лет, но он ни разу не давал понять… Ей бы и в голову не пришло, что на самом деле… Неужели он действительно так думает? И почему, черт возьми, почему, на фоне всех сегодняшних потрясших мир открытий, именно это вышло на первый план?..

— Дейзи…

Туман в голове Неллы рассеялся, и слова Джетта обрели ясность. Она отодвинулась на свое сидение. Ощущение было такое, словно она, отказавшись от тепла Джетта, голой бросилась в ледяное озеро.

— Я с ней расстался, – сказал он глухим голосом.

— Почему?

Он откинулся на спинку сидения, и его лицо скрылось в тени. Она задержала дыхание.

— Потому что я уезжаю.

Она кивнула, стараясь не замечать острую боль в груди. Конечно, с Дейзи он порвал не из-за того глупого поцелуя, который был всего лишь частью уловки, чтобы их не арестовали. Да, он назвал ее прекрасной, но это не означало, что он думал о ней в этом смысле. Так, как думает и не может не думать о нем она.

— Как бы ты поступил, если бы я попросила тебя остаться? Если бы сказала, что хочу, чтобы ты остался?

Он сглотнул.

— Так ты попросишь?

— Почему бы и нет? Думаю, да. Ты не хочешь привыкать к какому-то месту как к дому из-за того, что случилось с тобой в детстве. Но ты здесь уже пятнадцать лет. Ты действительно думаешь, что сможешь просто оборвать все связи и уехать? Грей? Макс? Я?

— Ты?

— Да. – Она перевела дух. – Мы же друзья, разве нет?

Сжав кулаки, он уставился в лобовое стекло.

— Нет.

Ее сердце треснуло раньше, теперь же оно разлетелось на осколки. И эти осколки, острые, зазубренные, пронзили все ее внутренности. Она истекала кровью.

— Что?..

— Я не могу быть твоим другом, Нелла. Прости.

Осколки разбитого сердца острые. И Нелла знала, как ими можно ранить.

— Потому что считаешь себя недостойным меня? Потому что ты шофер, а я принцесса Антонелла в своей гребаной башне из слоновой кости? Думаешь, ты единственный на всем свете, у кого было дерьмовое детство, и ты волен взять и уехать в любой момент, когда захочешь, не думая о тех, кого ранишь?

— Я не могу быть твоим другом, – прошипел он, – потому что никакой дружбы у нас больше нет и быть не может. Если что-то и возникло раньше, теперь оно разрушено. Потому что…

— Потому что мы целовались?

— Потому что я не могу выбросить тебя из своей гребаной головы! Я не могу быть твоим другом с этими мыслями. Не могу… – Голос у него сорвался. – Номер семь.

Испытание № 7 (Не шути с океаном – никогда не спи с другом).

— У меня тоже не получается об этом не думать. – Нелла не могла смотреть на него. Не могла позволить ему увидеть, чего стоило ей это признание, увидеть ее уязвимость, наготу ее правды.

Джетт снова вздохнул. Они сидели на приличном расстоянии друг от друга. Два человека, два коллеги, два хороших знакомых в дорогом, винтажном итальянском автомобиле, как будто просто ждали у долгого светофора.

Он посмотрел на нее, скользнул взглядом по рулю, по расслабленным ногам, которым больше не нужно было давить на педали.

— Почему ты так и не восстановила права?

Она посмотрела на него.

— А почему ты не уехал? Почему нарушил свое правило не задерживаться больше года?