Книга Женщина для утех семьи Бэкхейм, страница 92 – Ефимия Летова

Дверь распахивается будто сама собой, и я оказываюсь в комнате лорда Авертера.

Вместе с ним самим.

* * *

— Леди, что с вами? Что с вами произошло? Вы вся в крови, вы…

Меня затрясло. Я до него дошла, добралась, он меня нашёл и забрал. Я в безопасности.

В безопасности ли?

А вдруг сейчас он потребует от меня вернуться к лорду Мизерту? Скажет, что это моя обязанность, как там говорил лорд Ликор: «Не мне же его обслуживать»? Или просто выгонит, он уже не раз давал понять, что моё поведение со стороны выглядит как навязчивость.

С чего я вообще решила, что могу к нему вот так заявиться? С чего решила, что он сможет что-то сделать? Кто он в этой семье? Да лорд Авертер уедет в любой момент, да он даже семьёй этих людей не считает! А я останусь. И лорд Мизерт останется.

— Я упала, — забормотала я. — Упала, вот и всё. Простите, что потревожила. Простите. Я уже ухожу. Простите.

Собственный голос звучал гнусаво, неузнаваемо.

— Леди, успокойтесь! Тихо, тихо, тихо, вдох — выдох! — магические путы лорда Авертера держали меня крепко, из них не вырвешься — это вам не руки, но меня подобный метод успокоения отнюдь не успокоил, напротив — я забилась, как рыба в сети, ощущая удушье и уже не заботясь о том, чтобы вытереть кровь из сломанного носа, не заботясь о том, насколько ужасно я выгляжу.

— Прекратите со мной это делать, отпустите меня, пожалуйста! Со мной всё нормально, я ухожу.

— Римия! — рявкнул он, наконец, а невидимые канаты не то что не ослабли — сдавили с такой силой, что чуть рёбра не треснули, и я сдалась — притихла, чувствуя, как кровь, смешиваясь со слезами, течёт по лицу. — Я сейчас схожу за целительницей и вернусь. Слышите меня⁈ Сидите и ждите меня, я сейчас приду!

Представив себе брезгливое выражение на лице гойды Сантимы, я попыталась помотать головой, в глазах опять потемнело:

— Не надо!

— Надо! Сидите и не шевелитесь, кому сказал! — прямой приказ, магия чораевых Бэкхеймов, будь они все прокляты, пришпилила меня к стулу, как коллекционную бабочку булавкой к картону в альбоме, и мне ничего не оставалось, как сидеть неподвижно. Кровь уже остановилась, но слёзы потекли по щекам, бессмысленные, безвкусные.

Сантима при хозяине осмотрела и подлатала меня довольно быстро, не демонстрируя ни брезгливости, ни злорадства, которые наверняка чувствовала. Физическая боль отступала, но легче отчего-то не становилось.

— Раздевайся, — буркнула Сантима, а я заставила себя снова помотать головой и проговорить:

— Не надо… Ничего не было, только лицо и вот… — я протянула руку и показала следы от ожогов на кисти и предплечье. Я не хотела, чтобы лорд Авертер это видел, но была обязана сообщать обо всех ранках и травмах — моё тело принадлежало не мне. Я услышала, как лорд сдавленно выругался, а его взгляд жёг меня похлеще сигар.

Гойда Сантима тоже прошептала что-то сквозь зубы. Наверное, в очередной раз проклинала девку, которой «только бы ноги раздвигать» и отвлекать честных людей по ночам из-за всякой ерунды.

Наконец, целительница ушла, и я тоже поднялась, собираясь поблагодарить и поскорее сбежать к себе. Ожоги сошли без следа, но кожа неприятно зудела и чесалась. Нос пришёл в норму, правда, металлический привкус во рту остался, как и головокружение, но давешняя истерика и побег всё равно воспринимались непростительной ошибкой.