Книга Женщина для утех семьи Бэкхейм, страница 106 – Ефимия Летова

— Да ладно⁈ Кто бы мог предположить, что вам удастся…

Давление магических пут ослабло, в горле у меня запершило, глаза опять стало жечь, а непрошенные слёзы хлынули с новой силой, как ни пыталась я их сдержать.

— Не поеду я никуда, можете быть спокойны, — зло проговорила я, отворачиваясь — даже ненастоящие, эти слёзы делали меня слабой, еще слабее и уязвимее, чем я была в действительности, особенно — рядом с ним. — С вами не поеду никуда, не нужны мне ни вы, ни ваш магистр, ни…

Лорд вдруг ухватил меня за плечо и снова прижал к стене, на этот раз безо всякой магии. Несколько секунд разглядывал моё заплаканное распухшее лицо. Это было унизительно.

Смешно. Я-то думала, что само это понятие мне бесконечно чуждо — после того, как все последние четыре года минимум, не считая предыдущих девяти, были одним сплошным унижением.

А потом лорд Авертер вдруг протянул руку и коснулся моей щеки, стирая предательскую горько-солёную влагу.

Молча.

Не грубо. Осторожно.

Я зажмурилась, не желая видеть его, боясь не справиться с собой и прильнуть к нему или вовсе разрыдаться, разбиться на маленькие-маленькие кусочки. Стояла долго, чувствуя одну его руку на своём влажном от слёз лице, и другую — на плече. И даже когда он отпустил меня и ушёл, так и не сказав ни слова, ещё долго не решалась открыть глаза.

Лорд Авертер злился.

Наверное, на его месте я испытывала бы те же самые чувства — если бы меня вынудили против моей воли и с неприятным мне человеком… Я едва не расхохоталась в голос от этих мыслей.

В этом смысле на его месте я и была — и злости, как правило, не испытывала. Самым нелепым образом злость, обиду, негодование во мне будили не те неприятные люди, а этот благородный лорд с его высокими моральными устоями. Практически незнакомый мне человек, он каким-то образом ухитрился — даже не желая этого! — перевернуть всю мою жизнь с ног на голову меньше чем за солнечную фазу. Уму непостижимо!

Но и я теперь невольно вмешивалась в его жизнь — и в некотором роде тоже её переворачивала. Отказать любимой матери лорд Авертер не смог, разъяснять, что я ей наврала, то ли не захотел, то ли посчитал ниже своего достоинства. В итоге три дня спустя рано утром, ещё до рассвета, мы вышли с ним за пределы замковой ограды и сели в заранее заказанный экипаж, который должен был отвезти нас в Гладен. Времени было около пяти утра, слуги — помимо моей Лиоки — ещё спали, как и господа Бэкхеймы, и при удачном стечении обстоятельств наш отъезд и вовсе могли не заметить. Некоторая сложность заключалась в целительнице Сантиме, ждущей моего обязательного ежеутреннего визита, но замолвить словечко за меня обещала сама леди Кариса — неслыханное участие. Я-то была уверена, что от пропуска одного дня ничего со мной не случится, тем более, что он должен был пройти так же невинно, как обычный день, посвященный молитвам.

И всё равно нервничала.

Лорд Авертер не выглядел невыспавшимся, напротив, собранный и молчаливый, он стоял у ворот, поджидая меня, с таким видом, будто в герехтеры берут исключительно тех, кто вообще не спит по ночам. Никакого головного убора, сюртук сменил длинный простого покроя, но столь же тонкий плащ, и, посмотрев на него, я невольно поёжилась — было ещё по-ночному холодно. Падающий снег тускло мерцал в предрассветном воздухе, не крупные хлопья, а так, мелкие пылинки.