Книга Кто вы, профессор Верещагин 1, страница 88 – Татьяна Матуш

— Никак нет. Правда оказалась. Революсионэров обнаружили и даже взяли… вот только с адской машинкой промашка вышла.

— Удивительная получилась история, — Шуваев толкнул по столу в сторону штаб-ротмистра кожаную папку, — Извольте ознакомиться. Отчет, так сказать. По горячим следам… Пока урядник у черта на рогах ловил каких-то студентов, шестеро мазуриков вошли в отделение банка и, угрожая револьверами, потребовали наличность. Векселя их не заинтересовали.

— Водрузили на стол жестяную коробку и объявили ее адской машинкой, — вслух зачел Борисов и поднял вопросительный взгляд.

— Не блефовали, — не стал его томить полковник, — уже после их ухода выяснили, что в коробке и впрямь адская машинка с гремучим студнем. И гвоздей мелких насыпано вперемешку с железной стружкой. Рвани она, архангелу Михаилу пришлось бы срочно еще одни небесные чертоги возводить. Так-то. Управляющего связали, старшего кассира связали, остальных просто положили лицом вниз. Сейф рванули динамитом: сунули колбаску в замок и вынесли с одного раза… Умельцы, золотые руки. Оторвать бы их по самые уши!

— Сколько взяли? — непослушными губами едва выговорил Борисов.

— Пять тысяч золотом и восемьсот пятнадцать кредитными билетами.

— Нам конец, — мертвым голосом сообщил штаб-ротмистр, — отставкой не отделаемся, тут каторгой пахнет. Дал бы хоть Господь какую войну. Искупить, так сказать, кровью.

— Ишь чего захотел, войну ему, — Шуваева скривило так, словно ему пришлось живьем проглотить плод противоестественной любви лимона и кактуса. — Может, еще и Анну на шею? Нет, дражайший Петр Михайлович, так легко вы не отделаетесь. Размечтались! С этого дня при губернском управлении создана особая группа и вы лично ее возглавляете. Приказ уже готов, выйдете — у секретаря ознакомитесь. Берите наших лучших людей, необмундированых, казаков, черта лысого с рогами — но чтобы эту шайку любителей дамских чулок и их предводителя… как он там себя называет?

— Ангел, Андрей Владимирович?

— Да? — нездорово оживился Шуваев, — поди, падший. Утренняя, так сказать, звезда… Вот, чтобы эта звезда сидела у меня в подвале, а потом пошла по этапу. А деньги вернулись в банк. Вам все ясно?

— Так точно, ваше высокоблагородие. Будет исполнено.

* * *

Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в нежные розовые и золотистые оттенки. Вода в реке была спокойной, словно зеркало. Вдали виднелись силуэты рыбацких лодок, медленно плывущих по течению. Воздух был напоен свежестью, смешанной с ароматом цветов, растущих вдоль берега.

На другом берегу темнел редкий лиственный лес, зелёные кроны деревьев плавно переходили в голубое небо. Птицы кружили над водой. Рядом послышался басистый звон колокола Богоявленского собора, с другого берега ему ответил более тонкий и звонкий голос Николы Мокрого.

Я сидел на подоконнике, подтянув колено к подбородку, и бездумно смотрел на реку. Нахально занял обычное место Семена Гири… но тому было не до меня.

Слегка разросшаяся компания, казалось, была подшофе. Нет, надергаться «за успех нашего безнадежного дела» пока не успели, четверых молодых парней и Сойку пьянила нежданная удача.

— Миллион… надо же, — покачал головой Пианист, недоверчиво глядя на собственные руки, — это ж… даже учитель мой, Васятка Без Пальца столько не подымал.