Книга Кто вы, профессор Верещагин 1, страница 34 – Татьяна Матуш

Силы оказались неравны. Научный работник под сороковник и парнишка-курьер, естественно, он меня сделал. Когда я свернул за угол и вылетел на проспект, белая футболка с логотипом уже скрылась в отъезжающей маршрутке.

На всякий случай я заметил номер — но толку? Парень, наверняка, нырнул в первый попавшийся автобус.

Хвала Господу, Юле хватило мозгов не трогать подозрительный чемодан. Она просто стояла в дверях и смотрела на него, сощуренными глазами, как смотрят на заползшую в сад змею.

— Как думаешь, он взорвется? — спросила она, как только я поднялся на этаж.

— Черт его знает. Но лучше не рисковать, а вызвать специалистов.

— Тут что-то приклеено. Скотчем. С обратной стороны. Какое-то письмо. Думаю, мы вполне можем его отклеить и прочитать. Засовывать взрывчатку в лист бумаги еще не научились.

— Ты права, — согласился я и опустился на корточки.

— Нож дай. И намочи его. Слегка.

У меня было предчувствие, что «специально обученным людям» это письмо читать ни к чему, меньше знают — крепче спят. А раз я решил не делиться, то и следов вмешательства оставлять не стоило.

Предельно аккуратно я отделил скотч от чемодана и развернул послание. Никаких таинственных шифров, «пляшущих человечков» или слов, вырезанных из газеты — обычные печатные буквы, не слишком ровно написанные синим фломастером.

"Я к вам пишу, чего же боле,

Что я могу еще сказать?

Теперь я знаю, в вашей воле

Меня по матушке послать… но если тебе, балбесу, все еще интересна Та Самая тетрадка, то будь у озера ровно через два дня от сего часа.

Доброжелатель".

* * *

— Чего сразу — «Валяться на диване!». Между прочим, валяться на диване — это лучше, чем вообще ни чего не делать.

Мои опасения на счет совместной жизни оправдались даже раньше, чем я предполагал. Сообразив, что на ее жилплощади появился мужчина, Юленька решила воспользоваться оказией по полной программе.

У нее немедленно обнаружились какие-то не повешенные шкафчики, не разобранная кладовка и сгоревший шейкер, все это я, согласно генеральному плану, должен был немедленно исправить.

— На счет шейкера сразу беру самоотвод, я не мастер бытовой техники. И, по опыту, эта хрень если уж ломается, то с концами, проще новую купить…

— Тошенька… — ласково пропела Юля, глядя на меня теплыми, медовыми глазами котика, — никто тебя за язык не тянул.

— Побриться дашь? — обреченно спросил я, — или потащишь так. Типа, леди, приручившая питекантропа.

— Нет уж, — рассмеялась Юля, — с доберманом на поводке еще туда-сюда, а с питекантропом — моветон. Брейся, умывайся, приводи себя в порядок. Завтрак будет в десять.

…Интересно, а если не само зеркало будет черным, а просто в помещении будет темно? Не все ли равно зеркалу, там же просто отражающая поверхность. Что есть, то и отразит, ни больше, ни меньше.

Подумав так, я мысленно поставил себе пять баллов и поздравил с новым достижением — таки умудрился засунуть голову туда, куда никогда не заглядывает солнце!

Оставить щель или не надо? Так-то, насколько я помнил школьный курс физики, свет — это поток частиц (или волн). Он отражается от предметов и попадает в глаз, получается изображение. В темноте света нет, поэтому ничего не видно.

Я успел и умыться, и побриться — но в темной глубине зеркала никто не возникал. Дама не спешила на свидание.