Книга Кто вы, профессор Верещагин 2, страница 35 – Татьяна Матуш

Ротмистр взглянул на меня долгим, пристальным взглядом и я впервые углядел в его темных глазах что-то характерно-татарское.

— Собака.

— Кто? ­— не понял я.

— Зверь такой. Четыре четырки, две растопырки, седьмой — вертун. В деревне наверняка есть охотники, а у них пара нюхливых псин точно найдется. На полтора — два аршина в глубину свежий след она возьмет и поверху проведет как по ниточке… Вдобавок, мне то вполне достаточно, но если вдруг тебе мало, в Дербино телеграф имеется. Борисов запросит казачью сотню или земскую стражу, а то и обоих разом… что дальше будет — рассказать, господин Ангел, или сам догадаешься?

— Да уж догадаться несложно, — признал я, — активное прочесывание в радиусе десяти — пятнадцати верст, засады на дорогах пешие и конные. Пока мы ползем по этой кишке, Борисов пять раз весь район на уши поставит, все дороги, овраги и мосты обложит. На лошадиных-то ногах да с собачьим носом…

— Значит, нужно чтобы не нашли. А не найдут только в одном случае — если искать не станут.

— И как ты такое чудо сотворишь?

— Само сотворится, — отмахнулся тот. — Лаз сделан по-умному, не зная и не найдешь, так что мы пол-то на место поставим, да и пойдем себе, с молитвой. Ночи сейчас темные стоят, нам главное до ближайших кустов добраться, а там утечем в разные стороны. К утру, вроде бы, дождь собирался — так если не обманет, в аккурат то что нужно и будет.

План ротмистра мне не нравился, был он каким-то откровенно авантюрным, слепленным на коленке. Я отчаянно искал в нем слабые места:

— Думаешь, жандармы состава группы не знают? Караулят семерых, выходит пятеро… ну хорошо, одна убита, где седьмой?

— Да мало ли, — криво улыбнулся ротмистр, — испугался берданок. Сдаться решил и в избе спрятался. Свои пристрелили. Или раньше утек…

— А хозяева?

— Эти-то? ­— Смородин мотнул головой в сторону печки, — да ни в жизни они лишнего не скажут, их допрашивать — семь потов сойдет, притворяться дурачками умеют не хуже столичных лицедеев: «Спросите у старосты, нам неведомо…» — и хоть ты об ворота их расшиби. Кого не возьмешь за химок — все разом оглохли, ослепли и отупели. Сволочь хитрожопая. У них, по деревням, один тут закон — что мир постановил, то и делают… А мир велит всех посылать к старосте и ни слова сверху.

Он был прав как ПДД. И все же чего-то недоговаривал, такие вещи я еще с армии загривком чуял.

— Какого черта ты так рвешься в герои? — прямо спросил я.

Он удивился:

— Так я ж вроде и не скрывал. Запамятовал, господин Ангел? Ежели Борисов со всем запрошенным усилением группу упустит, полетит он с должности, как петух с забора. А свято место пусто не бывает… что один обронил, второй запросто подобрать может, если вовремя подсуетиться.

— Очешуеть! И ты за очередную лычку под пули пойдешь?

— А как они еще добываются, господин Ангел? Не, можно конечно у нужных людей родиться, но это только в следующей жизни, и то если ты посодействуешь. А пока вот так.

Я повернулся к княжне.

— Ваша светлость… Я знаю, что прошу невозможного, но все возможное мы с господином ученым уже испробовали и оно не сработало.

Ксения метнула в меня взгляд острый, как дротик и чуть-чуть, еле заметно повернула голову в сторону прибора на столе. Поняла. Все поняла!

— Вы хотите, чтобы я и Мария Гавриловна пошли с вами? ­— я кивнул, — Я предпочла бы довериться тому, кого знаю чуть лучше. И кто никогда не прятал от меня своего лица и не скрывал имени.