Книга Путь княгини 2, страница 60 – Нина Ахминеева

— Ваши эмоции идут вразрез со словами, — вроде бы спокойно заметил Меньшиков, но ректору почудилось, будто температура окружающего воздуха опустилась на несколько градусов.

— И что с того? — парировал Николай Владимирович. — О человеке судят не по словам или эмоциям, но по действиям. Скажите, вы замечали, чтобы я оказывал знаки внимания Марии Георгиевне как мужчина?

На лбу Меньшикова пролегла глубокая складка. Он вновь не ответил, но во взгляде отчетливо читалось: если ты до сих пор ничего не делал, то не значит, что завтра не пойдешь в атаку.

Николай Владимирович потер кончик носа и решительно хлопнул ладонью по колену.

— Давайте начистоту. Я отдаю себе отчет, что не пара для этой чудесной девушки, и не только из-за серьезной разницы в возрасте. Я не нищий, но могу рассчитывать исключительно на зарплату ректора и скромный гонорар от научных работ. Отец меня признал, дал свою фамилию и княжеский титул, но о том, что я родился вне брака, напоминает регулярно. И не он один. Поверьте на слово, даже признанным бастардам живется несладко. Для меня не секрет, что с происхождением родителей Марии не все идеально, но она — урожденная княгиня и глава рода, ее право на титул неоспоримо. Своими ухаживаниями я добавлю ей к уже имеющимся проблемам еще и репутационные. Ну и зачем? Для чего ломать жизнь этой девочке?

Студент-инквизитор положил руку на спинку лавки, задумчиво потер подбородок.

— Выходит, предвидя проблемы, которые могут возникнуть в будущем, вы осознанно отказываетесь от попыток завоевать сердце женщины? Несмотря на то, что она вам очень нравится?

Николай Владимирович кивнул, а после язвительно хмыкнул.

— Но окажись я на вашем месте, то все было бы иначе.

— Поясните.

Ректор поднял голову. Посмотрел на шелестящие кроны деревьев.

— Год назад волею судьбы я побывал в хосписе. Знаете, о чем чаще всего сожалеют люди на смертном одре?

— Боюсь, что нет.

— Они сожалеют, Александр, об утраченных возможностях. О том, что могли бы сделать, но не сделали. — Князь Нарышкин опустил голову и в упор посмотрел на Меньшикова. — Мария из той уникальной породы женщин, ради которых стоит круто менять планы на жизнь. Подумайте об этом на досуге.

— Николай Владимирович, я закончила! — прервал сложный разговор громкий голос княгини Алайской.

— Пойдемте хвалить нашу умницу и красавицу, — произнес ректор, вставая с лавки и пряча обреченный вздох.

Надо же до такого дожить! Он и подумать не мог, что когда-нибудь не просто добровольно откажется от безумно нравящейся женщины, но еще и будет сватать ее другому!

А может, ну его, это благородство?

* * *

Спина задеревенела, запястья онемели, но я справилась: участок асфальта приведен к первоначальному виду. Придраться не к чему.

Гордо приподняв подбородок, посмотрела на подошедшего ректора. Тот быстро оглядел дорожку.

— Вы молодец, Мария. На моей памяти вы второй человек, всего за два с половиной часа освоивший эту сложную технику.

— А кто первый? — не сдержала я любопытства.

— Я.

Ректор подмигнул и обаятельно улыбнулся. Возле уголков его глаз собрались лучики довольно-таки симпатичных морщинок.

— Ты и правда умница, — ледяным тоном похвалил бесшумно подошедший Алекс.

Что это с ним? Переживает из-за Фила? Или еще что-то стряслось, пока я тут вникала в профессию мага-асфальтоукладчика?