Книга Путь княгини 2, страница 59 – Нина Ахминеева

Даже после всего, что сегодня случилось, не сдается. Если так пойдет и дальше, то минут через тридцать княгиня реально справится с заданием. Красивая, умная, с отличным потенциалом, еще и характер волевой. Восхитительная девушка!

Мечтательная улыбка на секунду осветила строгое лицо Николая Владимировича. От переполняющих сознание эмоций в груди сладко защемило.

— Мария Георгиевна Алайская привлекает вас как женщина, — внезапно прозвучал ровный голос инквизитора. Алекс не спрашивал — утверждал.

Застигнутый врасплох ректор едва заметно вздрогнул. О том, что рядом сидит эмпат, он успел забыть. Хотя даже если бы и помнил, что бы это изменило? Закрыться от князя Меньшикова способны лишь единицы: члены императорской семьи да верховный инквизитор. Всем остальным одаренным такое не под силу. Уже на первом курсе студент Александр Меньшиков без особого труда взламывал многоуровневую защиту, а теперь в большинстве случаев он ее и вовсе не замечает. Неприятно, но факт.

— Какие у вас планы насчет Маши? — не меняя интонации поинтересовался Алекс.

Нахмурившись, Николай Владимирович повернулся к эмпату. Тот выглядел как всегда бесстрастным, но в глазах было нечто, не поддающееся идентификации. И разговор Александр затеял, понятное дело, не из праздного любопытства. Но вот что им движет? Поди догадайся.

Ректор отвернулся, положил ногу на ногу и перевел взгляд на Марию. Княгиня не шевелилась и, казалось, даже не дышала, однако внутри беспрестанно меняющей форму оболочки конструкта нить за нитью складывался сложнейший узор.

Николай Владимирович откровенно залюбовался миниатюрной темноволосой девушкой. Сейчас она походила на изящную фарфоровую статуэтку.

— Вы не ответили, — напомнил Меньшиков.

Стоп! А не ревнует ли он?

Князь Нарышкин пристально посмотрел на студента-инквизитора, прекрасно помня, что сам просил его приглядеть за простолюдинкой-самородком Машей Ивановой, которая в итоге оказалась главой княжеского рода Алайских.

На лице Алекса не отражалось ни единой эмоции. Этот двадцатичетырехлетний мужчина контролировал себя бесподобно. И все же догадку стоило проверить.

— А как бы вы поступили на моем месте? — с дежурной улыбкой поинтересовался ректор.

Александр промолчал. Удерживаемая им непроницаемая маска не дрогнула, но взгляд потемнел. Вот и ответ: он бы ее никому не отдал.

Николай Владимирович про себя тяжело вздохнул. Общаться на подобную тему с собственным учеником — точно не предел его мечтаний. Бросив взгляд на работающую княгиню, он с грустью улыбнулся и выдал без утайки:

— Мария действительно мне очень нравится. И как человек, и как женщина. Сейчас она находится в крайне сложной жизненной ситуации, и я искренне хочу ей помочь, а потому сделаю все, что в моих силах. Тем не менее об ухаживаниях за Марией Георгиевной не может идти и речи, хотя я не женат и не помолвлен.

Меньшиков поморщился, демонстрируя отношение к услышанному. Николай Владимирович и сам понимал, как прозвучали его слова для эмпата: говорит одно, а чувства транслирует совсем другие.

Откуда-то прилетевшая бабочка-капустница покружила над головой ректора, деловито уселась на лацкан пиджака. Князь Нарышкин аккуратно подтолкнул бабочку указательным пальцем, побудив испуганно вспорхнуть.

— Мне тридцать девять, Маше восемнадцать. Девочка годится мне в дочери. Большинство мужчин такая огромная разница в возрасте не смущает, напротив, бодрит. Для меня же это серьезное препятствие.