Книга Ну, здравствуй, жена!, страница 36 – Татьяна Абалова

— Но ты предлагаешь довести до самоубийства собственного правнука...

— Вот именно, - старуха в раздражении стукнула клюкой по стоящей на прикроватной тумбе вазе. Та тонко и обиженно отозвалась. - Ты, Тиль, как была дурой, такой и осталась. Сколько раз твой любимый Изегер навестил нас? А?

— Э-э-э...

— Ни разу с тех пор, как вернулся из академии! Ни почтения, ни полагающегося подношения. Видите ли, у него беда! Сбежал со свадьбы Валаах знает куда, потерял там строн, семьдесят лет кутил, гулял, дрался, и ни разу не вспомнил о нас! А теперь девчонка ему не угодна! Лицом не вышла! Нет, чтобы к нам прийти, спросить, как миром дело решить, жене советует «убейся!».

— Да! - поддержала праведный гнев старухи Юля. Хоть и вселяла прабабушка ужас, но она была первым человеком, так категорично вставшим на ее сторону. Если, конечно, ее можно назвать человеком.

«Дорогая свекровь» от поддержки еще больше распалилась и несколько раз ткнула клюкой Юльке в лоб, видимо для того, чтобы та накрепко запомнила то, что ей сейчас скажут:

— Да пусть лучше сам убьется, раз не понимает, какое чудо ему досталось!

— Я ч-ч-чудо? - Юлька запнулась, не в силах постичь грандиозность замысла. Ей, неумехе без капли способностей, предлагали довести мага до белого каления! Который и так едва сдерживается, чтобы не придушить неугодную жену.

— В ночи видишь?

— Да.

— С Тенями разговариваешь?

— Ну, да...

— Значит, не простого роду-племени.

— Она сирота, - подсказала Тиль. - Отца своего не знает.

— Вот и хорошо. Пусть Изегер продолжает думать, что его жена пустышка.

— Подождите, - Юля чуть ли не плакала. - Я ничего не понимаю!

— А тут и понимать нечего, - старуха оторвалась от подушек и пристально посмотрела в глаза девочки в мальчишеской одежде. - В тебе магия живет. Иначе строн тебя бы не принял. И тем более не начал бы делиться знаниями. Вот наша Тиль из рода Убивающих Взглядом, значит, чуть погодя и ты освоишь ее магию. Потом придет черед моей.

— Пьющей Кровь?! - от перспективы замочить мужа, выпив его досуха, у Юли закружилась голова.

— Это ты ее гадостям учишь? - старуха строго посмотрела на сноху. Тиль опустила глаза. - Нет, я не Пьющая Кровь. Что я, комар болотный, что ли? Бери выше! Я из рода Непобедимого Гестиха!

— Что-то подобное я уже слышала. Слуги говорили, кажется...

— Так еще называют меч, воткнутый в деревянную колоду в лаборатории Изегера, - подсказала Тиль Грасси.

— А! Я на нем трусы сушила!

Старуха чуть не сожгла Юлю взглядом.

— Против этого меча невозможно выстоять. Но своих он не трогает. А потому, даже если Изегер кинется на тебя с мечом, ничего у него не получится. Гестих доведет своего хозяина до изнеможения, будет попадать не туда, валиться из рук, но и царапины на жене лорда не оставит. Можешь смело вызывать Изегера на бой.

— Я?! На бой?! - Юля сделала шаг назад, чтобы сверлящая ее глазами старуха не дотянулась до нее клюкой. - К-к-как я могу? Я ничего в руках тяжелее биты не держала.

— Что такое бита? - по-деловому поинтересовалась прабабушка.

— Палка такая. Чтобы мячик отбить, - Юля изобразила пружинистое приседание и замах несуществующей битой.

— Палка тоже пойдет. При желании ты сможешь мужа как следует отходить и палкой.

— Дорогая свекровь, но это будет такой удар по самолюбию мальчика! - Тиль умоляюще скрестила ладони на груди. - Изегер не переживет позора!