Книга Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон!, страница 324 – Рика Лав

— Я согласен на всё, что ты только захочешь, алария, — выдохнул, не отрывая взгляда от неё. — На всё! Хочешь, чтобы я построил тебе дворец? Я построю. Хочешь, чтобы сложил к твоим ногам целое королевство? Я завоюю его для тебя. Хочешь звезду с неба? Я найду способ достать её, клянусь!

Микэль звонко рассмеялась в ответ. Её смех был как глоток свежего воздуха после долгих лет в пыльных казармах и на кровавых полях сражений.

— Ммм, запомню это признание, — протянула она, нежно поглаживали моё плечо. — И обязательно воспользуюсь им в самый неподходящий момент. Может, попрошу тебя станцевать для меня голым?

Я рассмеялся вместе с ней, а в груди расцветало что-то незнакомое мне доселе… Счастье? Или… Что это? Я не знал названия этих чувств, но сейчас они заполняли меня.

— Алария, — зарылся в её волосы, пропуская их сквозь пальцы, наслаждаясь бликами пламени на локонах. — Ты самое восхитительное, что когда-либо случалось со мной.

— Ала… — начала было Микэль, но запнулась на середине слова, её брови нахмурились от досады на саму себя. — Забыла, прости, я немного… задумалась, когда мы обсуждали это… В частности, смотрела на тебя.

Я не сдержал смеха, наблюдая за тем, как истинная пытается вспомнить правильное обращение ко мне на языке драконорождённых. Она выглядела такой милой в этот момент — слегка раздражённой на собственную забывчивость, но при этом явно желающей всё сделать правильно.

— Аларий, — шепотом подсказал ей, прижимая ладонь к её щеке в успокаивающем жесте. — Но тебе необязательно называть меня так, мой свет. Это наши традиции, традиции драконорождённых. Зови меня так, как тебе удобно, как привычно твоему языку.

Но Микэль покачала головой, отметая моё предложение ещё до того, как я договорил. Она прошлась ладошками вниз по моей обнажённой груди, пальцы поглаживали кожу и прочерчивали невидимые узоры по старым боевым шрамам, что пересекали торс.

— Нет, я правда хочу так тебя называть, — пробормотала алария, наклоняясь ко мне ближе, снова почувствовал её дыхание на своих губах. — Просто мне пока… мм… привычнее слова вроде «муж», «супруг», «мужчина»… И «муженёк». Но это не значит, что я не хочу выучить и ваши обращения. Если это важно для тебя, если ты…

Я не дал ей закончить.

— После того, как ты назвала меня своим мужем, — прошептал ей в ухо, а она вздрогнула от моего дыхания на коже, — после того, как ты сделала своими губами то, что… только что сделала… «муженёк» стало моим самым любимым, самым дорогим прозвищем, алария. Можешь называть меня так всегда. Особенно, если ещё хоть раз повторишь… это.

Микэль снова рассмеялась запрокидывая голову, и обнажая изящную шею. На языке воинов это жест покорности и доверия. Он был слишком соблазнительным, чтобы я смог устоять.

Склонился и прижался к ладной шее, посасывая захваченную между губами кожу. Пусть каждый в лагере, каждый житель поместья знает — эта женщина принадлежит мне. Она моя истинная, и любой, кто попытается причинить ей вред или даже просто взглянуть на неё с вожделением, столкнётся с моим клинком.

Обхватил округлые бёдра, сжал, наслаждаясь упругостью плоти, потом опустился ещё ниже, к ягодицам.

Микэль всхлипнула в ответ, вплетаясь в мои волосы, удерживая губы у своей шеи. Я продолжал целовать её, спускаясь ниже, к изящным ключицам.