Книга Но я не княжна!, страница 34 – Ксения Васёва

— Ты коней-то попридержи, — Микуша за воротник отодвинул от меня... "рогалик". — Кто такой и зачем за девицами следил?!

— Пусти, холоп! — набычился парень. — Али не видишь, княжич перед тобой! Невестушку свою искал, сила к ней могучая привела! Мари! Ты разве не узнаёшь своего оленёнка ясноглазого?! — он упал перед мной на колени.

Я замешкалась. Вообще, если бы не "рогалик", то сердечко, может, и дрогнуло бы. Парень был красив, как сказочный эльф — тонкие черты лица, острые скулы, длинные чёрные волосы, схваченные обручем, дорогой алый ферязь, расшитый золотом. Не хуже, чем у воеводы!

— Это ты мухоблуд? — невольно вырвалось у меня. Парень явно не бедный — и понять, чем он не угодил князю Темновскому, я не могла.

— Какой мухоблуд?! Я Доброжир! Жених твой, изюминка моя медовая!

— А по мне так, олень натуральный, — фыркнул Микушка над ухом. Я украдкой показала ему кулак.

— Как-как тебя звать? Доброжир?

Господи, у родителей что, совсем плохо с фантазией?! Кто вообще называет ребёнка Доброжиром?! Мухоблуд и то лучше звучит!

— Княжич Доброжир Ольховский, посвящённый Сварогу! — пафосно сообщил олень... Доброжир всем собравшимся. На Микушку он глянул с особой неприязнью. — Слышал, чернь?! В нашем княжестве хамство карается огненной плетью! Отойди от моей невесты!

— А в нашей империи за угрозы легко в лоб получить, — парировал Микуша, складывая руки на груди.

— А ежели в избе Ясмины хоть один кувшинчик разобьётся, вы оба пойдёте в темницу, как мелкие хулиганы. Ещё и пени заплатите. Всё ясно?!

Вот сразу видно, кто в городе хозяин! Молодцы дружно скривились, но на рожон лезть не стали, замолчали.

— Давай уйдём, сахарочек мой беленький! — занервничал Доброжир. — Переночуем на постоялом дворе языческом, а утром сбежим в наши земли, как и хотели! Ну же, нам здесь не рады!

— Против женской компании я ничего не имею, — вмешалсь Ясмина, — а с мужчинами, уж извини, у меня перебор. Таш... если боишься, можешь пожить у меня. Разобраться, подумать. Опять же, с живой душой в избе веселее. Я бы не назвала побег с... княжичем надёжным планом, но решать, конечно, тебе.

Я с немой благодарностью посмотрела на неё в ответ. Податься мне действительно было некуда.

— Спасибо, Доброжир, но... я ничего не помню. Ни тебя, ни семью, ни княжество. Мне нужно время, чтобы память вернулась. Извини.

— Огонечек мой яркий, ты чего?.. — его губы задрожали как по команде. — Это же, я твой Добрушка! Вспомнила?!..

От Добрушки мы еле избавились. От его уговоров с ватрушками, булочками и прочими изысками разулыбались даже воевода и насупленный Иса. Но мне не хотелось ругаться с несчастным парнем. У него возлюбленную убили, между прочим. Из чувства вины я согласилась на встречу завтра — вдвоём, у постоялого двора. В конце концов, Доброжир мог знать что-нибудь про смерть Мариан.

Проводив "жениха", я немного задержалась на улице. Было уже темно, дождь неслышно моросил, а по лужам, поднимая тучу брызг, проезжали запоздалые кареты. Положив голову на деревянную опору, я прикрыла глаза. Непривычно тихо. Не сказать, что Ладань вымирала к вечеру. Где-то орали пьяные мужики, хохотала молодёжь, ржали лошади и поскрипывали телеги. Но после города это был даже не шум. Никаких раздражающих колонок, свистящих автомобилей, громких самолётов. Никаких сигаретных бычков, бесконечного пластика и домов-свечек, вызывающих головокружение.