Книга Сдать дракона в аренду, страница 43 – Яна Шарм

Она усмехнулась.

— Следующий раз, может, просто сделай так, чтобы он споткнулся о свою же гордость?

— Обдумаю, — пообещал он, и в его голосе снова зазвучала улыбка.

Они ехали молча, но это молчание было мирным. Общим. В нём были отзвуки только что пережитой страсти, смеха и опасности. И Майра понимала, что каждая такая минута — на вес золота. Потому что внизу, в темноте леса, тлел костёр лагеря охотников. И рано или поздно они перейдут от наблюдения к действию. А у неё и у её дракона заканчивались тихие сараи и волшебные трюки. Впереди был только открытый бой. Но пока что она просто держала его руку и смотрела на звёзды, пробивающиеся сквозь разрывы в тучах.

После праздника с его дождём, страстью и чудом избежанным разоблачением, в пещере воцарилось хрупкое затишье. Не мир — нет. Напряжение теперь жило внутри, в каждом взгляде, в каждом приглушённом шаге. Но внешне всё было спокойно. Кэл не появлялся у них три дня. Дымок от лагеря внизу продолжал виться, но теперь он казался не угрозой, а знаком того, что осада продолжается, но штурм отложен.

Майра ловила себя на мысли, что она почти привыкла к этому состоянию перманентной тревоги. Она работала с удвоенной энергией, как будто могла замесить в сырное тесто всю свою неуверенность и страх. Игнис стал ещё тише. Он больше не притворялся неуклюжим. Он просто был — мощный, сосредоточенный, его внимание постоянно дробилось между ней, сырами и той невидимой границей, которую он охранял. Иногда по ночам он не ложился вообще. Сидел у входа, устремив взгляд в темноту, и Майра, просыпаясь, видела его силуэт на фоне звёзд — одинокий, древний страж.

На четвёртый день тишина лопнула.

Игнис ушёл рано утром, сказав, что проверит, не обвалился ли где-то склон после ливня. Майра осталась одна. Она как раз собиралась везти первую небольшую партию сыра в деревню — пробную, для Альмы и старосты. Это был её шанс заявить о себе, и она тщательно упаковывала головки, обернутые в полотно, каждая с тёмным, чётким клеймом-драконом. Гордость смешивалась со страхом: что, если люди увидят в этом знаке, то же, что и Кэл? Но отступать было поздно.

Она уже заканчивала укладывать корзины на телегу, когда услышала топот нескольких лошадей, быстрый, целенаправленный. Не спокойный шаг Кэла. Ата-та. Она обернулась.

По тропе галопом мчались Кэл, сержант и третий охотник. Их лица были возбуждёнными, но не злыми — лихорадочно-торжествующими. Они осадили лошадей прямо перед площадкой, подняв тучу пыли. Кэл спрыгнул первым. В его руке, зажатой в кожаной перчатке, что-то блестело на утреннем солнце.

— Майра! — крикнул он, и в его голосе не было приветствия. Была победа. Холодная, жёсткая победа.

— Что случилось? — спросила она, отступая на шаг, инстинктивно закрывая собой вход в пещеру, хотя Игниса не было внутри.

— Случилось то, что я нашёл, — Кэл подошёл вплотную и протянул ей руку. На ладони лежал предмет размером с крупную монету. Он был толще ногтя, выпуклый, с одного края неровный, будто обломанный. Цвет — глубокий, багрово-чёрный, с переливами тёмного золота и меди, будто застывшая в камне магма. Он был невероятно красив. И абсолютно, до ужаса узнаваем. Это была чешуя. Драконья чешуя.

Майра почувствовала, как у неё подкашиваются ноги. Она ухватилась за борт телеги.