Книга Мама. Жена. Истинная, страница 53 – Майя Эйлер

— Приеду пораньше, закажи ужин, устроим романтик. Как ты любишь, — сдаюсь. Её желание немного мутит голову, но искренняя радость затмевает всё.

Лина улыбается, она счастлива от моих слов.

— Точно? — уточняет, когда я подхожу к ней. — Точно-точно?

— Да.

— И не опоздаешь?

— Я буду лететь к тебе на крыльях любви, — ухмыляюсь и целую её. Быстро, чтобы не увлечься. — Жди к семи.

— Может, к шести?

— К шести не успею.

— Ладно, — она ласково проводит по моему плечу. — Я буду тебя ждать.

До парковки доходим вместе, потом разделяемся и едем каждый по своим делам. Практически сразу я набираю номер и жду ответа.

— Данил Кириллович, здравствуйте. Это Суханов. У вас будет сегодня время обсудить наше дело?

— Здравствуйте, — он отвечает без раздумий, — да, конечно. Подъезжайте в школу, я тут днюю и ночую, так что в любое время. Парней на входе предупрежу, проводят. Заодно познакомитесь, оцените, чем мы богаты, — Данил как-то невесело хмыкает.

— Думаю, где-то в течение получаса буду, — прикидываю расстояние до школы.

— Замечательно! Как раз успею отправить старших на посвящение, не будут мешать. Жду.

Он отключается, я улыбаюсь.

Наверное, если Лина не соскочит, а я постараюсь, чтобы этого не произошло, нужно будет забронировать местечко на будущее. Школа Соболева — одна из лучших. А после того как я подтяну его охрану, станет лучшей. Мой сын точно должен будет в неё ходить.

Макар

Подъезжаю к воротам и останавливаюсь, уступая дорогу паре ярко-оранжевых автобусов, что как раз выезжают с территории. Провожаю их взглядом, нервно постукивая пальцами по рулю. Едут на посвящение, как сказал Соболев. Важный этап в жизни каждого оборотня. Но если чистокровным, особенно тем, кто вырос в клане, легче, то полукровкам в разы сложнее. Внутренний зверь может созреть лишком рано или поздно, захватить личность или затаиться… В школе детям помогают учителя, они-то и определяют, когда именно провести посвящение.

Автобусы уезжают, и я заезжаю на территорию, торможу рядом с оборотнем у КПП, но он машет рукой в сторону парковки. Безалаберное тут отношение к безопасности. Фыркаю, то выполняю, ставлю авто, глушу мотор и выхожу.

— Макар Давидович? — подходит ко мне охранник.

— А если бы это был не я? — спрашиваю.

— Нас предупредили, — он оглядывает меня подозрительно.

— А какая разница? Сначала нужно было проверить документы, а потом пускать на территорию.

Качаю головой, уже прикидываю, кого из наставников отправить сюда. С таким отношением неудивительно, что Соболев беспокоится о безопасности детей. Замечаю в руках одного из оборотней рацию, он сосредоточенно передаёт о моём прибытии. Надеюсь, Соболеву.

— Подождите здесь, — хмурится тот, что стоит рядом со мной.

Нервничает.

А я что? Ничего. Жду.

Минут через пять на аллее появляется Соболев, кивает мне и машет, чтобы шёл к нему.

— Простите парней, — он невесело улыбается, протягивает руку для пожатия. — Испугали вы их.

— Работники не ахти, я бы таких держать не стал.

— Это и не работники, — он подбирает слова, — скорее, выделенные кланами оборотни. У нас же полукровки в основном, многие без отцов или матерей. Оплата у нас высокая, но и дети некоторые живут на территории школы практически постоянно, а это немалые траты. Плюс — учебные пособия, ремонты, питание. Кланы заботятся о них, но немногие готовы выделять деньги, большинство откупается рабочей силой или принимает детей на практику, разрешает использовать свои территории во время обучения.