Книга Мама. Жена. Истинная, страница 50 – Майя Эйлер

— Да ты! — он подаётся вперёд, и я радуюсь, что в кабинете есть Влад.

Оборотень неторопливо поднимается с места и встаёт за моим плечом, давя пришедшего на разборки Терского силой. Не знаю, кто там в их оборотнической иерархии отец Светика, но возникать он тут же перестаёт, кривится, но на Влада бросает опасливый взгляд. Боится. Чувствует силу.

— Сотрудники школы под защитой всех кланов, подписавших соглашение, — глухо произносит мой защитник. — Мне напомнить вашему альфе, что он тоже подписывал это соглашение? Просто чтобы он ещё раз оповестил всех, что может быть за нарушение соглашения.

— Я помню, — цедит сквозь зубы Владимир.

— Не уверен, — едва слышно бурчит Влад, но, кажется, чуть расслабляется.

Мне становится легче дышать, ледяной ком в груди чуть-чуть подтаивает, но сердце всё ещё колотится, испугаться я успела сильно.

— Я продолжу? — спрашиваю у Терского, получаю нервный кивок. — Вы можете настаивать на знакомстве с дочерью, я не против. Если Света захочет, вы встретитесь. Если захочет! — почти выкрикиваю, потому что оборотень собирается протестовать, его такая постановка условий не устраивает. — На данный момент я её единственная родственница. Признанная как людьми и по людским законам, так и оборотнями. По вашим законам, — выделяю особенно.

— Щенка не могли отдать человеку. Что сделала Катька, чтобы так мне насолить? Сколько она заплатила?

— Похоже, больше, чем вы можете себе представить.

Я смотрю на этого мужчину и никак не могу понять, что в нём любила моя подруга? Как вообще в её жизни мог появиться этот самовлюблённый индюк? Да, она рассказывала о нём, но я всё равно представляла его чуточку другим.

Впрочем, уже то, что, встретив свою истинную пару, он даже не сообщил жене, что это произошло, говорит о многом.

— Я дам денег. Сколько?

И умом не блещет. Хорошо, что Светик не в него пошла, очень хорошо.

— Владимир Михайлович, — стискиваю зубы, улыбка больше походит на гримасу, — есть то, что дороже денег, так что вам со мной не расплатиться. Я поговорю со Светой, если она решит, что вы достойны знакомства с ней, но сообщу. Ваш номер телефона? — тянусь за ручкой и замираю.

Горячая боль разливается по телу, охватывает огнём низ живота, поднимается выше. Я силюсь вдохнуть, но ничего не выходит. Страх опутывает, забирает в свои липкие объятия, потому что в голове бьётся одна-единственная мысль: что с Мироном?

Я же даже не напрягалась лишний раз, анализы идеальные… откуда такая боль?

— Ариш? — Влад первым чувствует, что со мной что-то не то.

— Скорую, — хриплю и буквально падаю на стол, сгибаясь от боли. — Ско… рую.

— Твою мать! — он рывком отодвигает кресло вместе со мной, подхватывает, чтобы не свалилась на пол. — Эй, ты, Терский, на машине?

— Да, — сглатывает оборотень.

Он тоже боится, не нужно чувствовать эмоции, чтобы видеть мужское перепуганное лицо.

Мне даже смешно немного, но я не могу его рассмотреть, плохо вижу сквозь слёзы, который текут рекой. Пытаюсь сжаться в комок, но Влад не позволяет, подхватывает на руки, несёт куда-то, что-то кричит.

Вокруг меня суетятся, но я уже плохо понимаю происходящее. Ледяной ком в груди давно растаял, сменившись огнём, в котором по крупицам сгорает моё будущее. Наше будущее. У меня есть Лучик. Она вытянула меня из тьмы. Но если я потеряю Мир, смогу ли жить дальше?